Муж меня избил что делать: Избил муж. Что делать? | Woman.ru

Содержание

Избил муж. Что делать? | Woman.ru

Данная статья полностью состоит из текстов, опубликованных пользователями на форуме Woman.ru.

Меня избил муж (удар в челюсть, несколько ударов головой об пол за волосы), рассечена губа, синяк в районе виска и под волосами…

Был очень пьян, дома было много гостей. Я пошла его укладывать спать к ребенку, и он на мне сорвался (я НЕ провоцировала, НЕ ругалась, вообще было весело в компании), сначала пыталась вырваться, потом кричать стала, никто не услышал. Слава богу, ребенок не проснулся, иначе ему бы досталось.

За 8 лет это первый случай, но что-то подсказывает, что не последний.

Собрала вещи и уехала в свою квартиру. Он пытается со мной связаться, пишет, просит прощения. Я не могу забыть его взгляд обезумевший. Я его просто боюсь.

Что делать?

— Ужас! Уходите и заявление в милицию пишите. Задокументируйте все побои.

— Могу сказать одно: НИКОГДА бы не простила, если бы муж меня избил! Могу простить многое, но только не это. Меня в детстве отец бил, а мама терпела. С того времени у меня просто табу. Уходите от него. Если будете сомневаться, вспомните его обезумевшие глаза, когда он вас бил. Я бы просто возненавидела сразу же.

— Уходить однозначно, вместе с ребенком. Оборвать полностью все контакты, тут уж фраза «бьет = любит» никак не катит.

— Идете в ближайший травмпункт. Там фиксируют ваши побои и передают информацию в милицию. Позже с вами должен связаться милиционер, и дальше уже сами решайте, заводить вам уголовное дело или нет.

— Надо было засвидетельствовать у врача все ссадины и подать на мужа в суд. Лучше вообще уходите от мужа. В следующий раз он вас убьет. Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Знаете, эту поговорку? Не стоит думать, что он не соображал, что делал. Он же не просто отмахнулся вас во сне. А жестоко избил. Видимо накопилось у него что-то за эти 8 лет, а по пьяни всплыло, вот и накинулся. УХОДИТЕ! Ничего хорошего не выйдет, тем более с алкоголиком.

— А это смотря, как вы видите свою дальнейшую жизнь. Вариантов немного.

Посадить. Вполне реально, пусть и ненадолго. Снять побои, написать заявление и вперед.

Помурыжить и простить. Если не хотите с ним расстаться.

Просто расстаться, не сажая отца своего ребенка.

Советовать что-либо трудно. Решать вам.

— Ваш муж — животное. Если вы хоть на грамм себя уважаете, вопрос должен задаваться не «что делать», а «как жить после развода» и «подавать ли на подонка в суд».

— Если есть дети, то бежать надо немедленно!

— Валите от него как можно дальше и быстрее. Идите в полицию и снимите побои. И идите в центр помощи пострадавшим от насилия. Он просто больной, и он не изменится. Вы еще найдете нормального, любящего. С этим — все, конец.

Займите деньги у друзей, родителей, в банке — не важно, берите ребенка и в скорейшем времени уходите.

Продолжение:

Избил муж. Что делать?

Похожие темы:

Муж пьет. Что делать?

Муж бьет ребенка

Мама знает, что бьет муж, но ей безразлично

Муж в ссоре оскорбляет и унижает

«Муж избивал, а я его любила»: история девушки, пережившей домашнее насилие — Люди

Жительнице Балашихи Екатерине всего 26 лет. К своим годам девушка пережила многое: сначала издевательства отца, а затем побои мужа. Она терпела боль в душе и теле, давилась рыданиями, но не звала на помощь. Как случилось, что молодая девушка, столкнувшись с домашним насилием, не могла пожаловаться на поведение мужа и считала это предательством и почему она долгие годы терпела его агрессию, Екатерина рассказала «РИАМО в Балашихе».

Вопрос жизни и смерти: что жители Балашихи думают о смертной казни>>

«Пьяный отец бил маму ногами, а она молчала»

С насилием в семье я столкнулась еще в детстве. Отец страшно ревновал маму и устраивал скандалы без повода, а когда был «под градусом», то и руки распускал. Мне было лет шесть-семь, и я прекрасно помню, как мы с мамой прятались от разъяренного отца. Она плакала, а я сидела рядом, гладила ее своими маленькими ручонками и тихо всхлипывала. Меня отец целенаправленно не бил, но приходил в ярость, когда я кидалась на защиту мамы.

Истории женщин, столкнувшихся с домашним насилием, и советы психолога

Однажды я проснулась ночью от тихих вскриков. Босыми ногами прошлепала в комнату к родителям, приоткрыла дверь. Мама сидела на полу, сжавшись в комок, прикрывала лицо руками. А пьяный отец бил ее ногами. Я кинулась на отца с кулаками. Он со всей силы ударил меня, я отлетела в конец комнаты, ударилась головой. В этот момент отец будто очнулся, и молча вышел из комнаты. Моя рана оказалась серьезной, бежала кровь. Пока мама накладывала мне повязку, я ждала – вот, сейчас она вызовет полицию или позвонит дедушке – любому, кто сможет нас защитить. Но мать промолчала, и это для меня было очень странно, страшно и необъяснимо.

Отец умер, когда мне было 12 лет. И мне не было его жаль. Только удивлялась и не могла понять, почему мама так сильно плачет: отец ее страшно бил все эти годы. Разве она не должна радоваться, что он, наконец, перестал ее мучить?

В голове я постоянно строила диалог с мамой, спрашивала, почему она не ушла от отца, почему позволяла ему так обращаться с собой. Но вслух мы произносили только: наш папа – лучший, мы по нему тоскуем.

Жизнь после развода: истории жительниц Балашихи и мнение психолога>>

«Я смотрела ему в рот и молча восхищалась»

Во время учебы в институте я до безумия влюбилась в молодого человека – он учился на филфаке и был старше меня на три года. Красивый, воспитанный, интеллигентный, коренной москвич. Любовь была, как мне казалось, взаимной. Ваня, назовем его так, сразу познакомил меня с родителями и друзьями. Они все были такие умные, постоянно спорили о политике, высокой литературе, искусстве. Я смотрела ему в рот, молчала и восхищалась.   

История алкоголика из Балашихи: «Жил в гаражах, не был на похоронах мамы»

Спустя два года, когда мне исполнилось 20 лет, мы с Ваней поженились. По наследству от бабушки ему досталась двухкомнатная квартира в Москве. Там мы и поселились. Первые полгода после свадьбы я купалась в счастье. Я училась, Ваня занимался репетиторством, искал достойную работу. Вечерами вместе готовили ужин, встречали друзей, засиживались до рассвета.

А потом у Вани внезапно умер отец — оторвался тромб. Он очень сильно переживал, в первые месяцы после похорон я часто заставала его на кухне с бутылкой. Конечно, пыталась утешить мужа, делала все возможное, чтобы он не чувствовал себя одиноким. Но мои проявления нежности Ваню раздражали. А когда я говорила о том, что пора завязывать с выпивкой, муж выходил из себя – орал, матерился, обзывался.

На тот момент все двери в нашей квартире были во вмятинах – Ваня стал агрессивным, но в момент ссоры он себя сдерживал. И бил не меня, а двери, стены и все вокруг.

Муж целыми днями сидел на кухне, курил в окно, рассуждал о бренности жизни. От учеников он отказался, объяснив это тем, что он создан для более высоких целей в жизни, чем репетиторство.

Чайлдфри из Балашихи: «Это осознанный выбор, не нужно нас переубеждать»>>

«Надо просто перетерпеть»

Однажды я как обычно вновь молила о том, чтоб муж взялся за ум. Он молча посмотрел на меня, подошел и наотмашь ударил меня по лицу. Я упала с табурета, а Ваня, проходя мимо, пнул меня ногой в спину. От боли я зажмурилась, из глаз потекли слезы. Слышала, как муж без единого слова вышел на улицу, хлопнув дверью.

Как пережить развод: советы психолога

Всю ночь я прорыдала в подушку и просто не могла поверить в то, что со мной случилось.

Думала: мой родной человек, самый воспитанный и самый добрый, не смог пережить смерть отца и помешался от горя. .. Решила, что время вылечит – надо только перетерпеть.

И я терпела два долгих года. Ваня постоянно куда-то уходил, возвращался ночью, пьяный. Врывался в комнату, бил меня в кровати, таскал за волосы, пинал ногами по всему телу. Я защищалась, убегала, пряталась. Но Ваня был сильнее, и мои шансы укрыться от его побоев равнялись нулю. Самое страшное, что муж бил меня молча. Если я плакала, кричала, молила его о пощаде, то он никогда не издавал никаких звуков. Выпустив пар, он уходил на кухню, и уже там, разговаривая сам с собой, обзывал меня проституткой, продажной дрянью, которая сломала ему жизнь и карьеру.

Муж убедил себя, что, если бы не я, и отец его был бы жив, и он сам уже преподавал бы в университете.

Я скрывала от всех, что меня бьет муж. Считала, что если пожалуюсь друзьям, то предам Ваню — как женщина, которая бросает мужа-инвалида.

Нынешние жены против бывших: «Клянчит у мужа деньги и флиртует»>>

«Мама сказала: такова участь всех женщин»

Однажды я не выдержала и позвонила свекрови. Рыдая в трубку, я рассказывала о том, как себя ведет Ваня, когда мы остаемся с ним один на один. Свекровь мне не поверила. Ее Ваня? Этот милый, ласковый, добрый мальчик? Он никогда не поднимет руку на женщину!

Наверное, на ее месте я бы тоже не поверила. Потому что настоящий Ваня – другой. С этой мыслью я прожила еще полгода. За это время он завел себе любовницу и не скрывал этого: при мне разговаривал с ней по телефону, назначал встречи. Привел себя в порядок, снова стал заниматься репетиторством. Все заработанные деньги муж тратил на другую женщину: покупал цветы и шампанское, водил любовницу в кино.

А я терпела – потому что любила. Не могла поверить, что так ошиблась в человеке.

Все твердила себе, что Ваня до сих пор не может пережить смерть отца, что он человек творческий, возвышенный, ему нужно время, чтобы прийти в себя.

После очередной драки я решила выговориться и рассказать все маме. До этого мы общались регулярно, но о теплых, душевных беседах и речи быть не могло.

Я плакала, рассказывала маме, как Ваня меня регулярно избивает. Она выслушала молча, а потом заявила, что такова учесть всех женщин. Что-то в духе «бьет, значит любит», надо «держаться за мужа», каким бы он ни был, ведь лучше так, чем быть одинокой.

Ну что же, спасибо, мам, поддержала…

Нынешние жены против бывших 2: «Шлет моему мужу свои интимные фотки!»>>

«Лишь бы он был подальше от меня»

©  сайт GIPHY

Наверное, у каждого человека есть какой-то предел: физический и моральный. В тот день, возвращаясь с работы, я увидела на нашем почтовом ящике красную наклейку – предупреждение о большой задолженности за услуги ЖКХ. Стыдно было перед соседями. Зашла домой подавленная. А тут принаряженный Ваня, снова на свидание с любовницей собрался. Не выдержала…

Меня прорвало как большой гнойник, который долго «созревал», а потом лопнул. Мои потоки «гноя» уже ничто не могло сдержать. Высказала все, что думаю. Ваня ударил меня по лицу.

Я дала ему ответную пощечину, впервые за несколько лет. Вложила в этот удар всю свою боль, все разочарование в жизни.
ВИЧ‑положительная из Балашихи: «Боюсь, что на меня будут показывать пальцем»

Муж ушел, а я рыдала всю ночь. Поняла. Наконец-то я поняла – и про себя, и про маму. Почему она всю жизнь терпела побои? Потому что типичная жертва, слабая духом, зависимая. Наверное, мама не стала бы сопротивляться даже если бы отец хотел забить ее до смерти. Но я так жить не буду.

Через день я съехала от мужа с двумя чемоданами. Начала строить свою жизнь. От общих знакомых я узнала, что Ваня всем рассказывал, как я ему изменяла и была плохой хозяйкой. К тому же бесплодной. Потому он со мной и разошелся. Чему удивляться? Мне кажется, каждый второй развод развивается по такому сценарию – жена плохая, а муж несчастный. Даже если он наркоман и последний ублюдок, все равно виновата женщина. У меня такая пустота была в душе, такое безразличие ко всему, что я даже не среагировала на клевету — мне было наплевать.

Пусть говорит, что хочет. Лишь бы подальше от меня. Сейчас мы в разводе около двух лет.

Долгое время ходила к психологу, решала свои внутренние проблемы.

Она и рекомендовала «перетряхнуть» прошлое, поговорить с матерью о том, как ее избивал отец. Это было трудно. Но зато теперь у нас с мамой теплые отношения. А я точно знаю, как вести себя со своими детьми, чтобы воспитать их сильными и независимыми личностями. Такими, чтобы хватило сил бороться с домашними тиранами, если это потребуется.

”Я думала, этот кошмар никогда не закончится”: бывший муж избил 23-летнюю астанчанку: 30 марта 2021, 11:13

23-летняя Аида Ермекова из Нур-Султана обратилась за помощью к казахстанцам из-за избиения бывшим супругом, передает корреспондент Tengrinews.kz.

Девушка написала пост в социальных сетях и разместила фотографии побоев. 

«Я терпела побои в течение нескольких лет. В 2020 году я решила развестись. Но он не давал согласия, в итоге спустя шесть заседаний суда нас развели. Даже после развода он продолжал меня преследовать, при этом угрожая и манипулируя нашим общим ребенком. 15 марта 2021 года, в день рождения нашего сына, он хотел провести время с ребенком и побыть рядом. Поведение, слова и просьбы были адекватные, я доверилась и согласилась.

19 марта 2021 года он снова меня избил. Ночью в течение двух часов он непрерывно избивал меня. Удары были руками, ногами в области головы и всего тела. Полураздетой он вывел меня на балкон, облил ведром холодной воды и продолжал наносить телесные повреждения. Я защищалась, согнувшись на полу и прикрываясь лишь рукой, я не издавала громких звуков, чтобы не разбудить нашего двухгодовалого сына. В ту ночь я не раз теряла сознание, потому что основные удары приходились мне на голову. Ко всему этому он распивал алкоголь, после чего еще больше становился агрессивным. Я думала, этот кошмар никогда не закончится. Боли были невыносимые», — написала девушка. 

Девушка выждала момент и сумела сбежать от бывшего супруга. 

«Утром, когда он вышел на балкон, я воспользовалась моментом, собрала все последние силы и выбежала из квартиры. Это был единственный шанс, когда я могла сбежать от него. Я быстро накинула халат, босиком, в сланцах, бежала в мороз к родственникам. Дальше все как в тумане. На карете скорой помощи меня доставили во второю МГБ города Нур-Султана, где оказали первую медицинскую помощь. В больнице я была опрошена сотрудником полиции, который взял у меня заявление», — рассказала она. 

Девушка написала заявление в полицию и попросили помощи у казахстанцев, чтобы предать дело огласке. 

«Я нуждаюсь в психологической помощи и моральной поддержке, огласке и доведении дела до конца. Я до сих пор чувствую себя беззащитной, беспомощной и очень боюсь за свою жизнь. К сожалению, имеющийся на сегодняшний день закон не позволяет в полной мере ограничить его доступ ко мне», — заключила она.  

В пресс-службе Департамента полиции Нур-Султана сообщили, что 20 марта 2021 года в Управление полиции района Есиль поступило заявление от 23-летней жительницы столицы в отношении бывшего супруга.

«Установлено, что 24-летний мужчина в ходе семейного скандала избил ее. Результаты судебно-медицинской экспертизы показали нанесение легкого вреда здоровью. Нарушитель был установлен и доставлен в отдел полиции. По данному факту возбуждено уголовное дело.

Кроме того, в целях обеспечения безопасности потерпевшей в отношении мужчины вынесено защитное предписание, то есть вопреки ее воле он не имеет права преследовать и контактировать с ней. Нарушитель понесет ответственность по всей строгости закона», — заверили в полиции. 

Хочешь получать главные новости на свой телефон? Подпишись на наш Telegram-канал!

Tengrinews.kz также есть в Aitu! Добавляйтесь к нам!

Меня бьет мой муж. Что делать? — Общество

Говорить об этом в обществе бывает «уят». Рассказывать об этом своим подругам решаются не все. Пойти с этой проблемой к психологу получается далеко не у всех. Однако такая проблема существует, игнорировать ее нельзя, более того, поднимать этот вопрос просто необходимо. Домашнее или бытовое насилие – проблема, о которой нельзя молчать.

Ранее мы писали, что в стране за три года насчитывается 575 женщин, пострадавших в результате домашнего насилия. В 2015 году их было 197, в 2016 — 206, с начала 2017 года — 172 женщины. В результате домашнего насилия в стране за три года погибли 124 женщины (49 — в 2015, 44 — в 2016, с начала 2017 года — 31). Это в три раза выше, чем статистика по смертям в результате изнасилований.

Редакция сетевого издания Dixinews.kz обратилась с вопросами к экспертам – адвокату Айман Умаровой, психологу Ольге Никаноровой, узнала мнение народного избранника, олимпийского чемпиона Серика Сапиева и народной любимицы – блогера Аиды Джексен, чтобы понять суть бытового насилия, постараться помочь тем, кто, возможно, столкнулся с домашним тираном и узнать, как можно защитить себя женщине в этом неравном бою.

Домашнее насилие, или «нет, он меня не бьет, он просто орет»

Как рассказала психолог со стажем Ольга Никанорова, женщины приходят на прием к психологу, зачастую просто с вопросом улучшить отношения с мужем.

— Женщины приходят с вопросом улучшить отношения с мужем, а когда начинаешь разбираться, получается, что там присутствует домашнее насилие. Больше психологического и эмоционального. Когда женщине указываешь, что она является жертвой, она говорит «нет, он меня не бьет, он орет, может что-то запрещает, может что-то кинуть…» Кажется, что она будто его оправдывает, — говорит Ольга Никанорова.

Мнение популярного блогера Аиды Джексен также совпадает с мнением психолога. Она считает, что эмоциональное и психологическое насилие ни в коем случае не может быть легче или приемлемее, чем физическое. 

«Многие под термином «домашнее насилие» представляют побои жены мужем, но это только отчасти. На самом деле, когда Вы вынуждены жить с человеком-агрессором, который Вас постоянно оскорбляет, унижает, указывает на ваши недостатки и умаляет достоинства, забирает деньги, не дает работать или учиться — это тоже является домашним насилием. Насилие происходит в отношении жен, сестер, келинок и даже собственных родителей. У моей подруги был муж, который работал на госслужбе занимал хорошую должность, хотя платили совсем немного. При этом своей жене он работать не позволял – страшно ревновал ее к окружающим мужчинам. Продукты он покупал сам, а ей не давал деньги даже на тампоны. Она была вынуждена бросить учебу, сидеть дома с детьми, ей также было запрещено общаться с подругами. Она все это терпела, но дальше становилось только хуже. Однажды, когда в очередном приступе беспочвенной ревности он ударил ее по лицу, сломав челюсть, только тогда она поняла, что семейная жизнь закончилась.

Как-то я прочитала оптимистичную статистику одного представителя МВД, что процент домашнего насилия снижается. Мне стало смешно, потому что этот процент снижается только благодаря полицейским, которые не утруждаются принять заявление от жертвы и, даже приняв, уговаривают его забрать. Я сама была свидетелем такой сцены, когда мою подругу жестоко избил родной брат, а полицейский вместе с ее родителями уговаривали забрать заявление и не портить карьеру тридцатилетнему «мальчику», — рассказывает Аида.

Первая причина – это ты?

Почему мужчины допускают такие действия в отношении своих, казалось бы, «любимых» женщин? Могут найтись и те, кто скажет, мол, сама виновата. Но на самом деле, вина и ответственность за бытовое насилие лежит полностью на агрессоре.

Фото: Instagram.com

Ольга Никанорова, психолог:

«Насилие над другим человеком нельзя оправдывать, это очень большая проблема. В доме, где есть насилие, где есть дети, они растут в атмосфере агрессии, даже если не физического, но психологического. Отсюда тоже может быть потом у детей проблемы – повторения сценария в будущем, или повышенная агрессивность». 

Фото: Dixinews.kz

Серик Сапиев, депутат мажилиса:

«Обычно же женщины и дети подвергаются домашнему насилию. Думаю, что первая причина – психологическая неустойчивость, какая-то болезнь мужчины. Вторая причина —  это алкоголизм, чрезмерное употребление алкоголя влияет на характер человека, делает его более агрессивным. Третья причина – социальная неустойчивость, нереализованность мужчины в обществе. Четвертое – какие-то детские психологические травмы, которые повлияли на то, что он начал порождать насилие».

Фото: Facebook.com

Аида Джексен, блогер:

«Меня всегда колотит от ярости и гнева, когда люди, узнав, что женщину избил муж, спрашивают: «А что ты такое сделала? Сама нарвалась, наверное? Довела мужика…» и так далее, тем самым перекладывая ответственность за насилие с насильника на жертву. Нужно понять только одно – ответственность за насилие лежит только на том, кто его применил и точка. 

Можно быть идеальной женой, не перечить, готовить его любимый борщ, заниматься сексом, когда попросит, но агрессор всегда найдет причины для того, чтобы вас избить, а если не найдет — изобьет просто так. 

Моя подруга очень спокойная выдержанная женщина. Ее избил брат просто потому, что она не опустила глаза, когда он на нее орал, срывая свое плохое настроение и неудачи на работе. Просто взял ее голову и прошелся по лестнице с третьего этажа по первый. Думаете неблагополучная семья? Отнюдь очень даже приличная и интеллигентная, никто бы не догадался. То есть причина домашнего насилия не всегда лежит в социальной неблагополучности семьи. Зачастую мужчины копируют поведение своего отца. И если отец поднимал руку на мать, то в большинстве случаев тоже самое будут делать и сыновья.

Наше общество патриархальное и мы многое прощаем мужчинам просто потому, что они мужчины. Мы относимся к ним снисходительно, оправдывая их агрессию природой и это начинается с самого детства, когда нам говорят, что если мальчик тебя обижает – значит ты ему понравилась. А девочкам драться неприлично и отвечать на агрессию тоже не прилично, надо достойно промолчать и уйти, или начать ставить на место словом. Но, к сожалению, это работает против вашего ребенка. Вырастая, такие девочки будут приравнивать побои к проявлению любви, когда надо было лишь просто один раз постоять за себя, поставив агрессора, не важно мальчик это или девочка, на место. Не вбивайте детям в головы идиотские гендерные стереотипы и, может быть, у нас будет здоровое общество. 

И еще, я думаю, помимо патриархального воспитания гендерных стереотипов неработающих законов причина домашнего насилия – это направленность работы власти с жертвами, а не с агрессорами. У нас есть какие никакие центры для жертв домашнего насилия, телефоны горячей линии и так далее, но работать надо также и с агрессорами, причем делать надо это принудительно как в Штатах. Ударил жену – отсиди 30 суток, заплати немаленький штраф в бюджет и пройди курс у психолога, а если пропустишь хоть один сеанс – добро пожаловать опять в тюрьму, уже на год. И да, курсы эти должны быть платными, а не за счет государства».

Почему такие истории замалчиваются? Ну, это стыдно.

В нормальном обществе говорить о том, что ты стала жертвой бытового насилия – не порицается. Мало кто скажет, что ты сама виновата, ведь любое насилие над человеком, будь то физическое или эмоциональное, не может быть оправдано.  

Так почему же в Казахстане такие истории замалчиваются?

 

Ольга Никанорова, психолог:

«Действительно, есть проблема, когда общество имеет большое влияние. Когда нет поддержки сложно на что-то решиться и поверить в то, что это не ты виновата. Важно про это говорить и действительно искать поддержку. Если кто-то сделал виноватой или отверг, это не значит, что все так поступят.

Ну, и это стыдно. И в семье, и в нашем обществе стыдно об этом говорить. Если брать эти отношения «тиран-жертва», то тиран делает очень многое, чтобы «завиноватить» жертву. Женщина часто считает, что она сама виновата, плохо старается, плохо угождает, поэтому в ответ ее наказывают. Опять же если брать психологию, это точно идет из детства женщины, самой жертвы. Часто, например, женщина просто не умеет проявлять недовольство, какую-то злость, не умеет защищать себя, свои границы. Она даже не отслеживает, что он как-то нарушает ее границы, не слышит ее, не замечает, а действует только из своих потребностей и желаний. И когда она попадает в такую ситуацию, она думает, что лучше если что-то там для него сделаю, как-то изменюсь, то он, наверное, изменится, но это засада, такого не бывает. Она точно не может повлиять на его поведение, потому что она не ответственна за это. Она может только о себе позаботиться. Это сложно, как я уже сказала, когда это идет из детства, или пример семейных отношений, мама с папой, или ребенку не позволялось вообще никакого недовольства проявлять, или гасилась какая-то агрессия, нарушались границы ребенка: нельзя закрыться в комнате, залезать в телефон, читать дневники. Потом взрослым человеком это воспринимается как норма, что не замечают, не уважают, не соблюдают личное пространство, в принципе в любой момент потребовать что-то, что ему нравится».

Фото: Forbes.kz

Айман Умарова, адвокат:

«Во-первых, безнаказанность за насилие может привести к системности и более тяжким последствиям. Терпеть насилие нельзя, однозначно. Во-вторых, жертвами становятся не только сами женщины, но и дети. Поэтому, опасность в том, что круг жертв от насильника не ограничивается только супругой… В-третьих, говорить открыто о насилии не стыдно, наоборот, это смелый поступок личности, способный бороться за свои права. Только так можно спасти себя и детей.

Единственное, когда можно «отпустить ситуацию», когда все решения приняты и нет больше угрозы повторной виктимизации. Я имею ввиду, когда брак расторгнут, местожительство супругов разное, дети проживают с матерью в безопасности, нет никаких угроз любого вида насилия. Когда каждый живет своей жизнью, не мешая друг другу, не нарушая прав друг друга, в том числе и детей».

Аида Джексен, блогер:

«Сколько бы мы не пытались влезть в тридцатку развитых стран, пока мы будем искать оправдания насилию, мы не сможем называться развитым и цивилизованным обществом. Мне бы очень хотелось посмотреть, как расходуются средства, выделенные государством на борьбу с домашним насилием. Кто ведет эту борьбу, кто этим занимается и насколько эффективно тратятся бюджетные средства. Вы ведь понимаете, что без значительных средств, направленных на борьбу с домашним насилием, нельзя серьезно поменять ситуацию. А вот насколько эффективно осваиваются средства – это уже другой разговор.

Общество принижает значимость проблемы. Общество оправдывает насилие и общество живет стереотипами и традициями, по которым ответственность за агрессию несет женщина, обвиняя ее в том, что она плохая жена или мать. Правоохранительные органы не защищают жертву, забюрократизированный процесс и борьба за показатели не дают эффективно применять законы и защищать жертв. При таком отношении, конечно, женщины стараются не выносить сор из избы и замалчивают проблему, пока не случится крупной трагедии».

«Она никогда не исправит взрослого человека». Что делать жертве?

Аида Джексен, блогер:

«В первую очередь, важно осознать, что она никогда не исправит взрослого человека. Взрослые люди очень редко меняются. Это большая иллюзия думать – что человек поменяет свое поведение, женившись или родив ребенка. Поменяется только его статус, а вот Ваше положение может усугубиться. Нужно взять на себя смелость принять факт того, что Вы живете с агрессором, и Вы рискуете не только своим здоровьем и жизнью, но и здоровьем и жизнью своих детей. Я не понимаю таких женщин, которые годами терпят побои и избиения, допускают издеваться над детьми. Нельзя оставлять зло безнаказанным, надо уметь постоять за себя, не смотря ни на что. Если Вы решили его наказать – не меняйте своего решения на следующий день, когда он в раскаянии будет валяться в ваших ногах, давя на вашу жалость, говоря, что его могут уволить с работы или что он исправится и больше не будет. Когда наказание станет неотвратимым, только тогда вы можете рассчитывать на свою безопасность».

Серик Сапиев, депутат мажилиса:

«Я думаю, что первое, что нужно сделать – это уехать от тирана, хотя бы на время. Посоветоваться с родными, близкими. Если такой возможности нет, то нужно позвонить по номеру телефонного доверия. Обязательно нужно получить какую-то психологическую поддержку, помощь. Конечно, административное наказание никто не отменял, поэтому нужно обращаться в полицию, не скрывая, что Вы или Ваш ребенок подвергается насилию. Тиранов нужно изолировать от своей семьи. Их нужно содержать где-то отдельно, чтобы они не могли нанести вред своим близким.

Если бы моя соседка подвергалась насилию, я бы попросил супругу поговорить с ней, с жертвой. Потому что она бы могла раскрыться, рассказать о своей проблеме, тогда бы уже можно было предпринимать какие-то меры. Не стыдно признать, что ты стала жертвой тирана, потому что такая проблема есть, ее нужно решать».

Что делать, если меня бьет муж. Советы психолога.

— Самое важное, в чем женщина нуждается в таких отношениях, даже если она кому-то жалуется или рассказывает — это поддержка в том, что здесь нет ее вины, что она этого не заслужила. С ней рядом такой человек — агрессор, тиран. И это происходит не потому, что она как-то не так себя ведет, или мало старается. Это не норма. Истинная вина, которая может быть — это то, что она все-таки не может позаботиться о себе: выставить какие-то границы, пойти к психологу или получить другую поддержку. Заботиться только о себе и не брать вину за поведение супруга. 

— Не нужно уговаривать себя в том, что если он в нее что-то кинул, или она об шкаф ударилась, что он ее не бьет. Нужно понимать, что мужчина сильнее, и что он действительно может покалечить. Но в таких случаях женщины настолько запуганы и боятся, что даже не отслеживают, что в какой-то момент он может просто не рассчитать и их убить. Элементарно, нужно вызывать полицию, защищать себя. 

— Я не знаю, как перебороть страх рассказывать об этом, потому что там много стыда. Тем более, насилие часто встречается и в успешных с виду семьях. Женщина вроде социально успешная, красивая, все может и все умеет, и признаться, что она подвергается насилию это правда очень стыдно и страшно. Я могу только посоветовать ходить к психологу, все-таки решиться на это. Потому что это та безопасная зона, где никто не обвинит и там будет поддержка. 

Что делать, если меня бьет муж. Советы адвоката.

Никогда не умалчивать. Нужно обратиться за правовой помощью. К сожалению, теперь по статье 108 (умышленное причинение легкого вреда здоровью) Уголовного кодекса РК, а также по статье 109 (побои) Уголовного кодекса РК невозможно привлечь к уголовной ответственности, так как они декриминализированы с 13 июля 2017 года. Теперь за те же деяния можно привлечь к административной ответственности. В то же время, наказание за деяния не умаляют права потерпевшей обращаться с иском в суд в порядке гражданского судопроизводства для взыскания материального и морального вреда. За нанесение средней тяжести, тяжкого вреда здоровью, истязания уголовную ответственность никто не отменял.

— Суды принимают во внимание, как правило, совокупность доказательств, а именно: заключения эксперта(ов), специалистов, показания свидетелей и т.п. Нет единого правила: какие доказательства суд может признать допустимыми и какие нет. Главное – суды берут во внимание доказательства, добытые законным способом.

Самый простой алгоритм действий следующий: 

своевременное (немедленное) обращение с заявлением в соответствующие органы, получение направления на прохождение судебно-медицинской экспертизы для фиксации телесных повреждений, их локализации, срока получения… и показания свидетелей. Что касается психологического насилия, здесь сложнее, необходимо заключение психолога и иные доказательства.

Как известно, насилие может быть не только сексуальным, но и физическим, психологическим, экономическим, с использованием детей…

Потерпевшая может насильника привлечь в административном или уголовном порядке (в зависимости от действий и последствий), также может подать гражданский иск на взыскание материального и морального вреда.

— При бездействии правоохранительных органов нужно обращаться в прокуратуру, в суд.

— Я, в основном, занимаюсь тяжкими и особо тяжкими преступлениями, редко, бытовым насилием. Самое известное дело, это дело Динары Чидериновой, которая стала жертвой насилия со стороны бывшего супруга, который раздробил челюсть Динары, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в порыве очередной агрессии. Примечательность ситуации, что сослуживцы поддерживали его, в некоторой степени даже жалея, мол, дескать, жена плохо готовит и т.п. Вот настолько деградировало наше общество. Супруга Динары Чидериновой – военнослужащего Боранбаева Б. осудили, но он попал под амнистию.

На самом деле, я полагаю, что в отношении Динары было покушение на убийство, которое изначально было неверно квалифицировано, суд не мог осудить его за покушение на убийство, так как он был предан суду по другой, менее тяжкой статье. Такие дела встречаются довольно часто и заканчиваются примирением или жены забирают заявлением под давлением мужа, родственников, а в случае с Динарой даже участковый оказывал на нее давление с целью помочь ее супругу.

— Какие особенности: с виду может быть тихий, милый человечек. Как у Грина: даже кошку погладит- мимо не пройдет… На работе интеллигентный, дома-тиран, очень много пьющих, вне зависимости от места работы. Одним словом, сложно определить на что способны наши мужчины, если чуть-ли не каждая вторая женщина подвергалась насилию. 

Вопрос в том, что в нашем обществе это не возбраняется до сих пор. Дурацкая поговорка: «Бьет, значит любит» существует как девиз для многих мужчин. Поэтому, единый портрет домашнего тирана составить невозможно, они разные, совершенно разные, но таких много.

Как мы видим, вопрос о домашнем насилии – острый. Говорить об этом, решать эту проблему, помогать тем, кто стал жертвой тирана – необходимо. Если среди наших читательниц есть те, кто, к несчастью, столкнулся с такой жизненной ситуацией, надеемся, что советы и мысли наших спикеров были полезны и для вас. Нельзя не отметить, что при подготовке этого материала, мы преследовали еще одну большую задачу – разъяснить обществу, что насилие не может быть оправдано, и не всегда женщина является «корнем всех проблем». Фраза Cherchez la femme (с фр. – ищите женщину) здесь абсолютно не к месту, ведь если и искать зачинщика проблемы, то это Он.


«Я не знала, что это насилие, пока чуть не умерла»

Автор фото, Abi Blake

Подпись к фото,

Аби Блейк едва не погибла, когда ее в очередной раз избил муж. Теперь она помогает другим жертвам домашнего насилия

Британка Аби Блейк чудом выжила после того, как ее избил муж. Он и раньше проявлял жестокость, но лишь после этого случая она решила порвать с ним отношения и подать заявление в полицию. Полиция графства Чешир на севере Англии пытается убедить жертв домашнего насилия не дожидаться подобного исхода, а действовать раньше. Почему распознать проблему и предпринять действия против обидчика так трудно?

Их познакомили друзья в 2014 году, вскоре после Дня святого Валентина. Она работала менеджером в аэропорту Манчестера на севере Англии и растила сына от предыдущих отношений. Он был специалистом по телекоммуникациям и жил на юге страны.

Спустя каких-то несколько месяцев после первого свидания Аби отмахнулась от предостережений семьи и друзей и вышла замуж за человека, которого называла своим принцем.

После свадьбы по дороге в гостиницу она признавалась ему, что счастлива как никогда, но это счастье длилось недолго.

Переехав в чеширскую деревню, где жила Аби, Себастиан Суэйми пообещал жене, что детство ее сына будет счастливее, чем его собственное. Но уже с самого начала некоторые нюансы его поведения стали вызывать у Аби беспокойство.

Он постоянно указывал ей, как себя вести: «Начиная от макияжа и высоких каблуков до того, как я должна выглядеть, как разговаривать, как себя держать», — говорит Аби.

Автор фото, Abi Blake

Подпись к фото,

Аби говорит, что с самого начала муж стремился контролировать ее

«При том, что у меня есть университетский диплом, он, бывало, показывал пальцем на мою голову и говорил: «Для человека с таким интеллектом ты довольно тупая». Я стала в себе сомневаться, терять уверенность, и это было только начало».

Долгое время Аби не придавала этому значения и искала оправдание поведению мужа. Она старалась думать о приятных моментах: когда он за ней ухаживал, когда проявлял доброту и заботу, приглашал на свидания, дарил цветы или чинил что-нибудь в доме. Себастиан был очень привлекателен, и тот факт, что он преподносил ей подарки с особым для него значением, трогали Аби до глубины души. Например, он подарил ей кольцо, принадлежавшее его дедушке из Индии.

Но когда начались побои, говорить себе, что проблема надуманная, Аби стало сложнее. Первый раз это произошло, когда Себастиан уговорил ее пойти развлечься со своими подругами. Когда Аби вернулась домой, на столике ее сына были следы белого порошка, похожего на кокаин, а на полу валялись пустые бутылки из-под спиртного. Аби потребовала объяснений, и Себастиана понесло.

Подпись к фото,

Себастиан Суэйми признал вину в нанесении тяжких телесных повреждений и получил тюремный срок

«Он очень-очень сильно ударил меня по лицу, потом вцепился мне в губы и потребовал, чтобы я заткнулась. Я побежала на верхний этаж. На следующее утро он извинился и сказал, что не хотел так поступать, что такое больше никогда не повторится, и как сильно он сожалеет. Он объяснил, что сделал это из-за меня — потому что я так громко кричала, а он просто хотел меня утихомирить, чтобы не разбудить соседей. Это был первый раз, когда он меня ударил».

Впоследствии Аби прятала синяки под длинными рукавами и с помощью шарфов, но чувство стыда скрывать было все труднее. Когда ей становилось по-настоящему страшно, она звонила в полицию. Полицейские приезжали, забирали Суэйми, а потом возвращались через несколько часов, чтобы поговорить с ней.

И каждый раз Аби отказывалась выдвигать обвинения. Даже тогда, когда ее муж, по всей видимости, устроил дома поджог, пока она спала на втором этаже.

«Я сидела, смотрела на дом и все думала: «Надо будет его покрасить, надо будет все там почистить». И я просто сказала [полицейскому]: «Нет, я не могу». А он ответил: «Аби, ты же понимаешь, что ему должны быть предъявлены обвинения в поджоге». А я сказала: «О, нет, нет, нет». Это казалось непосильным грузом».

Муж убедил ее в том, что она не сможет без него прожить, объясняет Аби.

«Чувство собственного достоинства и уверенность в себе у тебя — ниже плинтуса, и ты просто веришь всему, что тебе говорят», — продолжает она.

Автор фото, Abi Blake

Подпись к фото,

Аби в день своей свадьбы

Мама Аби призывала ее одуматься, беспокоясь, что дочь так может оказаться в морге. Спустя пять дней ее слова чуть было не сбылись. Суэйми ударил жену ногой и с такой силой наступил на нее, что повредил позвоночник, проткнул легкое и сломал ребра. Лежа на полу, она слышала его крики — как она его достала и как он хочет, чтобы она заткнулась.

Аби выжила благодаря соседям, прибежавшим на крики, и хирургам, которые провели операцию на позвонках через отверстие в шее. Ее позвоночник поврежден на всю жизнь, и врачи диагностировали у нее посттравматический синдром.

На этот раз она осознала, что должна расстаться с мужем.

Как обратиться за помощью в России

Кери Никсон, специалист по судебной психологии, уверена, что если бы Аби не приняла тогда это решение, в скором времени она была бы мертва.

«Этот человек регулярно проявлял жестокость, но в тот конкретный вечер алкоголь серьезно усугубил нападение, и потенциально она могла погибнуть. [Если бы она не ушла от него], наступил бы следующий раз, он снова бы пошел и напился, снова разозлился на нее и уже не стал бы останавливаться», — говорит психолог.

То, что произошло с Аби — классический пример серьезного проявления домашнего насилия категории наивысшего риска, объясняет Никсон. Там были обесценивание, психологический контроль, эмоциональное насилие, изоляция — из-за Суэйми она не виделась с семьей и друзьями — и физическое насилие. И, как часто бывает в таких случаях, сама Аби не признавалась себе в этом.

Британские полицейские, выезжающие на звонки о домашнем насилии, часто говорят о собственном бессилии — они не могут помочь, когда жертвы отказываются писать заявления на обидчиков, либо пишут их, а на следующий день забирают.

Инспектор уголовной полиции Чешира Клэр Джессон — вместе со студентом местного университета, проходившим в их отделении практику, — придумали возможное решение.

Обычно, когда полицейские приезжают по вызову и забирают обидчика, жертва на несколько часов остается дома одна. Предложение Джессон и ее помощника заключается в том, что на это время с жертвой должен находиться специально обученный сотрудник полиции, который бы разъяснил все имеющиеся варианты получения помощи.

Эту идею тестируют в нескольких городах Чешира, и есть вероятность, что ее возьмут на вооружение отделения полиции и в других частях страны.

«Как только этот сотрудник заходит в дом, его задача — помочь жертве. Он сразу же начинает выстраивать отношения», — говорит инспектор полиции.

«Раньше, если обидчика арестовывали, полицейские забирали его в участок, а когда возвращались, жертва к тому моменту уже не хотела выдвигать обвинения».

Подпись к фото,

Инспектор полиции Чешира Клэр Джессон придумала, как помочь жертвам, отказывающимся писать заявления на обидчиков

С тех пор как чеширская полиция начала эту программу в городе Кру, из 180 случаев домашнего насилия, попавших в поле зрения полицейских, результатом 74-х было либо предъявление обвинений, либо вызов в суд, либо официальное предостережение, говорит Клэр Джессон. Это намного больше, чем раньше. Средняя продолжительность расследования тоже сократилась — с 32 дней до менее 20.

«Мне кажется, мы можем показать, что [программа] проходит успешно. В настоящий момент идет проверка, которая даст понять, будет ли целесообразно распространить [программу] на всю страну. Отклики пока позитивные, но это вещь не простая. От полиции потребуются огромные инвестиции».

Цифры Национальной статистической службы Великобритании показывают, насколько важна работа Клэр Джессон и ее коллег.

В 2018 году 4,2% мужчин и 7,9% женщин в Британии подвергались домашнему насилию — это 685 тыс. жертв среди мужчин и 1,3 млн среди женщин (только зарегистрированные случаи). Уровень убийств, связанных с домашним насилием, в 2018 году был самым высоким за последние пять лет: от рук члена семьи погибло 173 человека, женщины составили две трети убитых.

Домашнее насилие России

  • По данным МВД, в России 40% всех тяжких насильственных преступлений совершается в семье.
  • По данным Росстата на 2017 год, жертвами преступлений, сопряженных с насильственными действиями в семье, стали 25,7 тыс. женщин и 10,4 тыс. мужчин.
  • Правозащитники подчеркивают, что реальные цифры в России намного выше, так как жертвы домашнего насилия редко обращаются в полицию.
  • По данным журналистского расследования «Медиазоны» и «Новой Газеты», абсолютное большинство женщин, осужденных за убийство или превышение самообороны, были жертвами домашнего насилия.
  • В 2017 году в России были декриминализованы побои в семье, совершенные впервые, что привело к росту числа обращений жертв в правозащитные организации.
  • В российском законодательстве отсутствует институт охранных ордеров, которые могли бы защитить женщину от дальнейшего насилия со стороны супруга/партнера.
  • Вокруг закона о профилактике домашнего насилия в России идут большие споры.

Почему это происходит?

По словам судебного психолога Кери Никсон, жертвы домашнего насилия часто задаются вопросом, что заставляет их сожителей проявлять по отношению к ним жестокость.

«Чаще всего те обидчики, с которыми я работала, росли в семьях, где на их собственных глазах происходило домашнее насилие», — говорит она.

«Бывают и случаи, когда у обидчика нарциссический тип личности, и его мать всю жизнь позволяла ему чувствовать себя лучшим на свете. А когда сына за что-то ругали, мать всегда вставала на его сторону, считая, что он не способен ни на что плохое. В результате перед нами монстр-нарцисс, считающий, что может всю жизнь все делать по-своему, — продолжает Никсон. — А если такой человек еще и сам был свидетелем домашнего насилия, то очень велика вероятность того, что он тоже начнет прибегать к силе в собственной семье и не будет признавать ответственности. Когда он выйдет из тюрьмы, то будет продолжать считать, что его вины там не было. Он начнет новые отношения, будет ходить на свидания и очаровывать, женщина его полюбит, а потом шаблон поведения повторится снова».

Судебный психолог Кери Никсон отмечает, что сейчас в общественной дискуссии о жертвах домашнего насилия все внимание сфокусировано на людях, которые погибли от рук члена семьи, а про таких, как Аби, чудом выживших, порой забывают.

«Я работала с полицейскими по всей стране и вникала в подробности огромного числа случаев домашнего насилия, в результате которого жертвы оказывались на волоске от смерти, — про них мы ничего не слышим, — говорит Никсон. — Я работала на процессе, где женщину били головой о ванну, пока она почти не умерла, на процессе, где женщину пырнули ножом, а она встала во время суда и стала защищать своего обидчика, потому что не могла от него уйти».

Подпись к фото,

Аби говорит, что все начинается с психологического насилия

Аби довела свое дело до суда. В январе 2019 года Себастиан Суэйми признал себя виновным в нанесении тяжких телесных повреждений и получил три года и четыре месяца тюрьмы.

Однако, поскольку Суэйми находился под наблюдением полиции до начала процесса, его освободили из тюрьмы намного раньше. Это стало неожиданностью для Аби — ей пришлось переехать в тайное убежище, когда он вышел. Но как только она узнала, что Суэйми уехал жить в свой родной город на юге Англии и был помещен под электронное наблюдение, она смогла вернуться в свой дом.

Сейчас Аби работает в благотворительной организации в Чешире, которая предоставляет жертвам насилия убежище, ясли для детей и доступ к службе поддержки. Их часто навещают сотрудники полиции из программы помощи жертвам домашнего насилия, которую начала Клэр Джессон.

Аби надеется помочь другим женщинам распознать тревожные знаки и привлечь обидчиков к ответственности раньше, чем это удалось ей самой.

«Все начинается не с физического, все начинается с психологического [насилия]. Я не знала, что это насилие, — вплоть до того момента, когда чуть не умерла. Тогда я получила помощь, в которой так нуждалась. Поэтому, на психологическом уровне — если вы можете уйти, уходите. Я говорю в надежде помочь или спасти хотя бы одного человека и/или их ребенка».

нормальные советы, что делать в таком случае

Как много страданий есть в этом мире! В обычной жизни, в быту. Муж бьет жену, детей, измывается над неповинными людьми. За что такое происходит с нами? Почему бывает так в этом мире? Почему одна выходит замуж за нормального человека, а другой «везет» только на алкаша или садиста? Что можно сделать, чтобы избежать такого сценария всей жизни?

«Муж начал бить, спасаться или спасать?»

В старших классах школы нам провели цикл уроков по теме «Семья и семейные отношения». Психологи рассказывали нам, как построить крепкие отношения в паре, как жить в мире и согласии с человеком, которого любишь настолько, что согласился жить с ним всю жизнь до конца. Конечно, они предупреждали, что в любой семье всегда бывают конфликты. И давали четкие советы, что делать, если возникнет ссора.

•    Никогда не сбивайтесь на истерику, — говорили они.
•    Всегда говорите четко и ясно, что Вы хотите, — говорили они.
•    Сформулируйте свои предложения в уме, запишите на бумагу, предложите то же самое сделать мужу, а потом вместе разберите ваши проблемы, — говорили они.

Но никто никогда не говорил, что делать, если пьяный муж возвращается в полночь и начинает избивать тебя до полусмерти ногами. Никто не рассказывал, что делать, если в ответ на четко сформулированные предложения, тебе попадает его кулак правой руки прямо в глаз, а левой — в рот. Никто не рассказывал, как надо на следующий день врать людям, что упала с лестницы или сама ударилась об косяк.

Все делают вид, что такого никогда не бывает в жизни. А семейная жизнь — это прямо идилия. Как бы не так! Жизнь устроена совсем по-другому! По крайней мере у некоторых из нас.

Так приходишь на работу, отваживаешься поделиться с подружкой, что муж начал бить, а она — глаза округлит и давай причитать: «Как ты можешь, как ты можешь? А вдруг ты беременная будешь, он же тебя и беременную побьет». И лучший совет, который все, абсолютно все считают свои долгом дать: «Беги от него! Беги! А еще лучше в милицию обратись».

А знаете ли Вы, как это страшно? Потому что, если убежать, он может найти и убить. Только та, которая переживала такой «священный» союз с мужем-садистом, который бьет не только ремнем, но и всем, что под руку попадается, знает как на самом деле страшна сама мысль о том, что может произойти, если от него убежать.

«За крепостной стеной брака»

И с другой стороны — ведь он, муж, который бьет жену, — неплохой человек. Он даже добрый. И на следующий день всегда просит прощения, целует руки, говорит, что больше никогда не будет. И как этому не поверить? Ну как?

 

Что связывает женщин, которых бьют мужья

Кажется, что женщины, которых избивают мужья, связаны только одной проблемой — это побои благоверных. Но нет, у них есть еще одна общая история. Не важно, где и когда они родились, но в детстве многих из них воспитывали одинаково — битьем. Некоторые из них забыли этот воспитательный процесс, другие предпочли вычеркнуть его из своей памяти. Не то, чтобы били ни за что. Конечно, было за что. Например, за воровство. Или за неусидчивость и невнимательность. Или за то, что все делалось тяп-ляп. Причин много, метод один — бить.

Для детей с определённым психическим это формирует устойчивый жизненный сценарий. Мальчики становятся клептоманами, а девочки проститутками по содержанию —«Вор из-под кнута, проститутка за пряник»

Конечно, есть другие воспитательные методы, но родители о них не знали. Или не хотели знать. И за все приходилось платить: ремнем по попе.

Такое поведение родителей всегда задает девочке с кожным вектором плохую судьбу. Как бы красива и привлекательна не была женщина, которую били в детстве, она часто умудряется выбирать мужчину, который будет ее бить, фактически продолжая дело родителей.

«Обреченная быть жертвой»

Что делать, если муж бьет? И почему муж бьет?

В подобных отношениях двое всегда притягивают друг к друга, как инь и янь. Но проблема в том, что все может закончится трагедией. Что уже и говорить о невинных детях, которым такими родителями тоже задается негативный сценарий на уже их жизни.

Это может встречаться даже с виду в благополучных семьях, на которые никогда и не подумаешь. Читайте статью «Мужчина бьет женщину: серые будни одной красивой пары»

Искать на форумах ответ на вопрос «муж бьет жену, что делать?» нет смысла. Никаких полезных советов там не найти. Просто потому, что там находятся люди, которые пребывают в таком же безвыходном положении, как и все остальные, но не знают, как выбраться из этого кошмара.

Спрашивать совета у родных и знакомых, что делать, если муж пьет и бьет, тоже не очень хочется. Ничего полезного они не предложат, хорошо еще, если посочувствуют. Но это бывает далеко не всегда. Зачастую в ответ можно услышать либо осуждение, либо бессмысленные советы, которые ничего не дают.

Помогите: меня муж бьет! Что делать, чтоб муж не бил?

Избавится от побоев мужа можно только один способом.
Не изменив ЕГО, а изменив СЕБЯ.

Только через понимание причин происходящего, которые зарыты в глубоком бессознательном.

Но сделать это самостоятельно очень не просто. Мозг имеет свойство глубоко прятать от нас, взрослых, психологические и физические травмы, полученные в детстве. Причины можно начать понимать на бесплатной лекции по кожному вектору на тренингах по системно-векторной психологии Юрия Бурлана. Чтобы записаться на него, можно перейти по этой ссылке.

Прочитать результаты тех, кто уже прошел тренинг, можно по этой ссылке.
Посмотреть, как проходят лекции, можно прямо сейчас – пройдите по этой ссылке и просмотрите любое видео.

 

Если вам понравился данный материал и вы хотели бы получать анонсы аналогичных статей, оставьте нам ваш e-mail в форме внизу. В каждом выпуске — множество материалов на самые разнообразные темы, которые помогут лучше понимать себя и других.

Избил муж | Как наказать мужа за побои

Когда в одном из участков мировых судей г. Краснодара слушалось дело по обвинению гражданина в нанесении побоев своей супруге, пожилой московский адвокат в полосатом «гангстерском» костюме, с серьгой в ухе, защищая своего высокорангового клиента, на все вопросы судьи неизменно отвечал, умудрено кивая головой: «а кто сегодня не бьет своих жен». Хоть старик и утрировал, но в одном он был, несомненно, прав – далеко не все благополучно в супружеском королевстве.

Неумолимая статистика утверждает, что более половины отечественных мужей – подкаблучники, латентные или явные. Тем не менее, этот статус не обрекает его обладателя на тишайшее существование под крылом своей властной супруги. Согласно той же статистике, как приверженцы сурового патриархата, так и их более сдержанные коллеги по матримониальному цеху, в равной мере склонны инициировать семейные ссоры и скандалы, нередко завершающиеся жестоким рукоприкладством. Справедливости ради следует заметить, что в 23 % случаев претерпели от семейного насилия именно мужчины. Ну, как мужчины, идентифицируемые только по первичным половым признакам, спившиеся и ленивые существа, зачастую вполне справедливо получающие нагоняй уже не в виде слов, а физических действий от отчаявшихся хоть как-то изменить ситуацию в семье к лучшему женщин.

Тем не менее, как бы ловко не управлялись русские женщины с лошадьми и горящими избами, жертвами своих вошедших в раж во время скандала супругов становятся по большей части именно они.

Когда мы слышим от пострадавшей — «меня избил муж», это может означать следующее:

  • Супруг нанес ей несколько ударов. Нанесение только одного удара не может быть оценено как побои, наказуемые по ст. 116 УК РФ. В результате насилия на теле жертвы могут быть оставлены следы (гематомы, ссадины, кровоподтеки, царапины и т.п.), но видимых повреждений может и не быть. Телесные повреждения фиксирует врач или эксперт, указывая их локализацию, механизм образования, давность, характерные признаки, дающие основания полагать о свойствах причинившего их орудия или предмета. В случае отсутствия объективных следов побоев, в заключении о медицинском освидетельствовании должны быть отражены жалобы пострадавшей, и ее реакции на пальпацию участков тела, которые подверглись насильственным действиям. В дальнейшем, факт побоев подлежит установлению следственным органом и судом исходя из имеющихся немедицинских данных. Следует уточнить, инкриминируемые статьей о побоях деяния, помимо непосредственно самих побоев, подразумевают также и совершение других насильственных действий, например, таких как: вырывание волос, выкручивание и заламывание рук, удушение, щипание, пощечины и т.п.
  • Муж избивает систематически. Другими словами, имеет место многократное нанесение ударов или других насильственных действий, разделенное во времени. Данное деяния квалифицируется как истязание (ст. 117 УК РФ). При этом следует принять во внимание, что временные промежутки между побоями не должны быть слишком большие. Жертва семейного насилия должна воспринимать систематичность избиений как непрерывный и непрекращающийся процесс.
  • Рукоприкладством муж причинил легкий вред здоровью. Другими словами, если после избиения у супруги экспертным путем определена тяжесть телесных повреждений и установлено кратковременное расстройство здоровья, либо незначительная утрата трудоспособности, деяние дебошира квалифицируется по ст. 115 УК РФ.

Что делать после избиения супругом. Как правильно снять побои. Где пройти медицинское освидетельствование, чтобы зафиксировать побои мужа

Сразу, без промедлений вызывать бригаду «Скорой помощи», врач, который осмотрит пострадавшую, составит акт освидетельствования и уведомит полицию о криминальном характере повреждений.

Если во время ссоры, сопровождаемой рукоприкладством, либо после нее звонком соседей или самой жертвы насилия вызвана полиция, потребовать, чтобы прибывший участковый вызвал бригаду «Скорой помощи».

Наиболее целесообразно обратиться в компетентные органы на следующий день после инцидента. К этому времени гематомы, царапины и ссадины отчетливо проявятся на лице и теле, приобретут характерные признаки телесных повреждений – покраснение, синеву и опухлость. Обратиться следует в территориальный отдел полиции. Дежурный следователь или дознаватель письменное заявление, и, либо оформит письменное направление на медицинское освидетельствование в специализированное экспертное бюро, либо сообщит адрес такого медучреждения.

Находясь в полиции необходимо удостовериться, что заявление о нанесении побоев зарегистрировано надлежащим образом в КУСП (книге учета совершенных преступлений), и получить талон-уведомление установленного образца. Не помешает сделать копию своего заявления и вместе с талоном хранить у себя.

Для избитой мужем женщины основным доказательством совершения насилия является акт медосвидетельствования, фактор времени его составления, при этом, является определяющим.

Если побои сняты не сразу после их нанесения, а, например, через неделю, в итоге можно остаться ни с чем. Ссадины, синяки и шишки успеют сойти с лица и тела жертвы, и фиксировать уже будет нечего. Следует иметь ввиду, что при таких обстоятельствах, в силу принципа малозначительности, закрепленного ч. 2 ст. 14 УК РФ, в возбуждении уголовного дела может быть отказано, либо виновное лицо освобождено от уголовного преследования.

Что будет мужу за избиение

Побои, истязания, умышленное причинение вреда здоровью караются санкциями Уголовного кодекса РФ, и предусматривают штраф, исправительные работы или ограничение свободы на срок до 3 лет, либо лишение свободы на тот же срок.

Как доказать, что побои нанесены мужем

Как было отмечено выше, основное доказательство – акт медицинского освидетельствования, в котором уполномоченным лицом зафиксированы видимые телесные повреждения и жалобы пострадавшей на боли в тех участках тела, где такие повреждения отсутствуют.

Несмотря на то, что собирание доказательств по уголовному делу законодательно вменено в обязанность следователя, дознавателя и прокурора, потерпевшему также предоставлено право собирать доказательства и ходатайствовать об их приобщении к делу. В соответствии с положениями ч. 1 ст. 74 УПК РФ, доказательствами может быть любая информация об имеющих значение для дела обстоятельствах. При этом источник получения такого рода информации должен быть абсолютно легален.

Свидетели

Свидетелями состоявшегося скандала могут быть соседи пострадавшей, третьи лица, находившиеся вместе с ссорящимися супругами в одном помещении, ее собственные дети, которым уже исполнилось 10 лет.

Следует поговорить с соседями сразу после завершения ссоры. Выяснить слышали ли они угрозы и шум борьбы, либо просто крики и детский плач. Убедить их дать показания следователю об обстоятельствах произошедшего. Заявить следователю письменное ходатайство о допросе этих лиц в качестве свидетелей. Подходить к привлечению свидетелями детей необходимо с особой осторожностью, чтобы не травмировать их психику.

Вещественные доказательства

Если имеется возможность обратиться к кому-нибудь из присутствующих во время семейного скандала незаинтересованных лиц с просьбой снять происходящее на камеру мобильного телефона, ею непременно следует воспользоваться. При отсутствии третьих лиц желательно попытаться включить на запись диктофон, имеющийся в опциях большинства моделей сотовых телефонов. Впоследствии запись следует передать дознавателю для приобщения к делу в качестве доказательства.

Целесообразно сохранить и в дальнейшем также передать следствию все предметы, использовавшиеся супругом для избиения. Заявить ходатайство о назначении экспертизы, в ходе которой могут быть установлены следы крови, дермы кожи или волос жертвы, оставшиеся на орудии преступления.

Дела о нанесении побоев рассматривает мировой судья. Стороны процесса: частный обвинитель, как потерпевший, и подсудимый. Слушание дела производится в отсутствие прокурора. Его функции возложены на частного обвинителя. В связи с частным порядком обвинения, рассмотрение дела в мировом суде может быть окончено, либо примирением сторон, либо судебным решением. Примирение допускается до удаления судьи в совещательную комнату и с согласия потерпевшего и подсудимого.

В заключение несколько слов о нанесении побоев бывшим супругом во время бракоразводного процесса. Физическое насилие совершается не зависимо от того, по чьей инициативе происходит развод. Мотивы избиений могут быть самыми разными: нерешенные финансовые проблемы, не достижение согласия в вопросах проживания и воспитания совместных детей, шантаж, ревность, уклонение от раздела совместно нажитого имущества в установленном законом порядке.

«Пикантности» данной ситуации придает то обстоятельство, что согласно служебному инструктиву полиция не вправе вмешиваться в ход бракоразводного процесса вплоть до его завершения.

При первом подозрении на возможность нанесения бывшим мужем физического насилия необходимо исключить личный контакт с ним на весь период судебного разбирательства, являясь в судебные заседания только в сопровождении своего представителя.

Спросите Фиону: Мой «очаровательный» муж бьет меня за закрытыми дверями, и я не знаю, что делать

Говорит Фиона

Утверждение вашего мужа о том, что он просто не может остановиться, — это чепуха. Ему очень хорошо удается контролировать свои буйные импульсы, когда он с другими людьми — так почему бы не с тем, кого он должен любить? Это невыносимая ситуация для вас, и, хотя вы можете испытывать сочувствие к тому, что случилось с ним в детстве, это его выбор в отношении того, позволяет ли это определять его или нет.

Это цикл, который можно разорвать, если он захочет что-то с этим сделать, но вы не можете дождаться, когда он сделает этот выбор. Он совершил серьезное насилие над вами, поэтому неудивительно, что вы боитесь. Иметь много денег и красивый дом — это хорошо, но если вы слишком испорчены, чтобы наслаждаться им, какой в ​​этом смысл? Самостоятельно справиться с ситуацией будет непросто, но жить с кем-то, кого вы постоянно боитесь, тоже непросто. Конечно, другим очень легко сказать: «Почему бы тебе просто не уйти?» Но никогда не бывает так просто.Для этого вам потребуется помощь, поддержка и, возможно, профессиональные консультации. Женщины в вашем положении часто изолированы — это один из способов, с помощью которого преступники, подобные вашему мужу, ослабляют ваши системы поддержки и затрудняют поиск помощи. Обращайтесь к своим друзьям и семье, даже если вы не делали этого в течение некоторого времени. Как только они узнают о вашей ситуации, они захотят помочь. Не бойтесь, что другие вам не поверят, потому что, хотя ваш муж очарователен. Так много преступников — это часть их работы, чтобы заставить вас почувствовать себя виноватым.Люди все чаще признают этот факт и будут смотреть не только на внешность кого-то вроде него — даже вашей матери, если она поймет, что он с вами сделал.

Пожалуйста, свяжитесь с горячей линией помощи по домашнему насилию, совместно с Refuge (Refuge.org.uk) и Women’s Aid (womensaid.org.uk) по телефону 0808 2000 247. Стоит также просмотреть их веб-сайты, так как вы найдете множество советов и информацию, включая информацию о том, как получить доступ к убежищу, если оно вам понадобится.

Я понимаю, что вам будет нелегко, но, пожалуйста, примите меры, чтобы оставить этого человека, и чем скорее, тем лучше.Он может умолять вас простить его, но лично я не думаю, что вам стоит задуматься о возвращении, если он не докажет вам, что он научился контролировать свое насилие. Для этого ему почти наверняка понадобится консультация и посещение программы для преступников, где ему помогут понять, почему он так жесток. Если он желает это сделать, ему следует связаться с Respect (респект.uk.net), где он сможет найти подробную информацию о курсах и поговорить с людьми, которые могут помочь ему измениться.

«Мой жестокий муж регулярно меня избивает… Должен ли я развестись с ним? »

Утро понедельника, и я встаю рано, потому что муж сказал мне разбудить его для утреннего путешествия по его делам. Я готовлю завтрак, но мои щеки все еще болят от пощечин прошлой ночью он обмылся на меня.

Да, это правда моего брака. Мой муж не контролирует свой гнев, и, по крайней мере, раз в месяц, когда мы ссоримся из-за чего-то серьезного, он в конечном итоге избивает меня.

На следующее утро он приходит ко мне, извиняясь, и говорит, что чувствует себя более расстроенным, но я должен постараться не провоцировать его, поскольку он выходит из себя.

Это одно из самых оскорбительных методов обращения с женой, которое я понимаю. Вы спросите, почему я терплю это, ну, я тоже часто задаю себе этот вопрос.

В остальном он любит меня…

Когда я женился два года назад, мои родители сделали все возможное, чтобы найти мне подходящую пару. После многих лет супружеских поисков, возможных подходящих мальчиков, предложенных друзьями и семьей, почему-то ничего не вышло.Я среднестатистический выпускник маленького городка.

Я среднего вида, выпускник маленького городка. Честно говоря, во мне нет ничего экстраординарного, и на брачном рынке казалось, что моя заурядность подтолкнула меня к грани массовки, и никто по-настоящему не интересовался нашей семьей.

Пока одна из теток моей мамы не предложила этому мальчику из семьи богатых бизнесменов, которые поселились в самом большом городе нашего штата. Его родители выбрали меня, когда пришли встретить меня, и, как ни странно, он так и не пришел встретить меня.

Я был удивлен, но счастлив, что, по крайней мере, меня наконец выбрали на брачном рынке. Мы поженились, и мои родители испробовали все, что в их силах, чтобы устроить церемонию, которая могла хоть как-то соответствовать моему статусу в законе.

Мы потерпели неудачу, но, не считая мелких недовольств кое-где, все оставалось мирным. Мой муж был милым и любящим с первого дня нашего брака. Он взял меня на каникулы; провел время со мной. Жить было хорошо. До нашего первого серьезного боя…

В тот день я увидел его настоящий нрав

Члены его семьи часто шутили со мной, что мой муж очень вспыльчив, но я ко всему относилась с долей скепсиса.У нас были аргументы, и он всегда был более решительным и не соглашался, даже когда был неправ, но меня предупредили, и я пытался смириться с этим.

Однажды произошла ссора из-за того, что мы собираемся на каникулы к его сестрам. Я пытался убедить его, что его старшая сестра очень строго соблюдает правила и что я никогда не чувствую себя расслабленно в ее компании. Мы спорили, пока я не начал рассказывать ему, что, будучи самым младшим в семье, его всегда подчиняли, и вот почему он не понимает, что я говорю.

В тот момент, когда я произнес это, меня встретили залпом пощечин. Я был ошеломлен. Я никогда раньше не знал такого рода злоупотреблений. Я всю ночь рыдала. На следующее утро он пришел с чаем и с печальным лицом. Я прощал его, не понимая, что эта серия будет не единственной.

Почти каждые один или два месяца, когда мы расходимся во мнениях по большому вопросу, он ударяет меня. Причины варьировались от законов до банковского баланса и посещения моих родителей до моих бессмысленных покупок.Причина, по которой я не разорвала свой двухлетний брак, заключается в том, что после того, как этот эпизод закончился, он стал нормальным мужчиной. Он нежный, любящий и даже извиняющийся.

Бывали случаи, когда я пытался урезонить это с ним, угрожал покинуть дом, говорил ему, что не создам семью, пока он не справится со своим гневом. Каждый раз он обещает, что этого не повторится, пока это действительно не повторится снова.

Мои дорогие дамы, скажите, можно ли развестись с мужчиной, единственный недостаток которого в том, что он поднимает на меня руку? Буду ли я счастлив, если уйду?

* Имя автора не разглашается по запросу
(История рассказана Зофин Максуд)

Читаю: Мой партнер бьет меня каждый день, но я знаю, что он меня любит…

«Все время, пока муж бил меня, он говорил мне, что это тот день, когда я собираюсь умереть …» | Семья

Как и многие подвергшиеся насилию женщины, Лакеша Секстон в течение некоторого времени знала, что ее жизнь находится в опасности. В последний раз, когда ее отчужденный муж Кеннет напал на нее, его нападение началось на заправочной станции. Он запихнул ее в машину, а затем заставил ехать на автостраду Сан-Диего, где заставил ее приподняться на твердой обочине и безжалостно избивал ее в течение 25 минут.

«Наконец женщина остановилась», — говорит Лакеша. «Он выбросил меня за дверь и уехал на моей машине. Копы нашли его через неделю, сиденья и ковер были в моей крови. Все время, когда он бил меня, он говорил мне, что это тот день, когда я умру. Но он допустил одну ошибку. Избиение началось на заправке, сняли это на видео ».

Кеннет Секстон, находящийся в тюрьме в ожидании суда по делу о нападении, приговорен к пожизненному заключению без права досрочного освобождения в соответствии с законом Калифорнии «Три забастовки — и тебя нет».Этот очаровательный, умный, ухоженный пожилой мужчина — ему было 37, когда они познакомились, а ей — 26, — ухаживал за Лакешей перед свадьбой за три года до свадьбы подарками, вниманием и страстными признаниями в любви. Одна вещь, которую он не поделился, заключалась в том, что он уже провел много лет в тюрьме, будучи подростком осужден за изнасилование и убийство.

Отношения Секстона с Лакешей развивались по схеме, слишком знакомой жертвам домашнего насилия и тем, кто их поддерживает, по обе стороны Атлантики.Как только их медовый месяц закончился, «физическое насилие началось сразу же», — говорит Лакеша, в то время как эскалация насилия сопровождалась рядом контролирующих действий.

«В некотором смысле психологическое насилие было хуже», — говорит она. «Он хотел контролировать, что я ношу, как говорю, что готовлю и ем и как себя представляю. Сначала это показалось лестным. То, что он на самом деле делал, подрывало мою самооценку до такой степени, что я чувствовал себя совершенно беспомощным. После того, как он бил меня, он просил у меня прощения и обещал измениться.В результате, когда я думал о разрыве отношений, это казалось совершенно безнадежным ».

Исследования показали, что самое опасное время для жертв домашнего насилия наступает после того, как они уедут, как, наконец, сделала Лакеша через шесть лет. Как и многие другие преступники, Секстон в ответ преследовал ее: «Он начал приходить туда, где я работаю [инструктором по здравоохранению], угрожая, звоня мне и отправляя текстовые сообщения».

В апреле, менее чем через два года после того, как она покинула свой роскошный семейный дом, оставив большую часть своего имущества, ее жизнь вернулась в нормальное русло.Безупречный стиль и ощутимая гордость за свои достижения, Лакеша не выглядит и не звучит как недавняя жертва: «Я преуспеваю в своей работе, мои дети преуспевают, и я восстановила свою уверенность в себе».

За это, по ее словам, ей следует поблагодарить Центр семейного правосудия Сан-Диего, радикальный и инновационный проект, расположенный на четырех этажах просторного офисного здания в центре города, который дает жертвам домашнего насилия немедленный доступ к специалистам из всех служб, которые могут им понадобиться. под одной крышей: от более 30 полицейских, групп прокуроров и семейных гражданских адвокатов до жилищных служащих, врачей, медсестер и психотерапевтов.Есть также хорошо оборудованные детские ясли с квалифицированным персоналом, чтобы дети были заняты, пока их матери видят персонал в другом месте, и кафе, где Starbucks бесплатно поставляет еду.

Впервые женщины и небольшое меньшинство мужчин, которые хотят прекратить оскорбительные отношения, могут почти мгновенно получить доступ к правовой защите и различным видам поддержки от организаций, которые теперь расположены на расстоянии не более одного-двух этажей и которые могут легко делиться информацией. Раньше в Сан-Диего, как и в большинстве стран Великобритании, жертвы, нуждающиеся в помощи, часто не имели представления о том, что может быть доступно; они переходили из офиса в офис и ждали встречи — процесс, который легко мог занять несколько недель.Координация и обмен информацией между различными официальными органами были в лучшем случае вялыми и неэффективными. Если у жертв тоже были маленькие дети, задача часто казалась невероятно сложной.

Любой, кто знает жертву домашнего насилия, осознает последствия этого отказа получить адекватную поддержку. Даже женщины, которые сильно пострадали, укрылись в убежище и, очевидно, имели полное намерение пройти через судебное преследование в то время, когда они вызывали полицию, часто отказывались от своих показаний и возвращались домой, чтобы снова подвергнуться жестокому обращению — а в некоторых случаях убит.

«Центр семейного правосудия дал мне стратегию и средства, чтобы оставить его», — говорит Лакеша. «Они получили мой запретительный судебный приказ, они нашли мне место для жизни и оказали мне поддержку со стороны других женщин, у которых был подобный опыт, и консультантов, которые знали, как с ними бороться. Они арестовали моего мужа и дали мне силы свидетельствовать против него: надежду на то, что справедливость восторжествует. Я сохранил его фамилию, потому что не хочу, чтобы он меня забыл. Каждый раз, когда он слышит это, гния в тюрьме, я хочу, чтобы он вспомнил, что он сделал со мной и моими детьми.’

До открытия центра в 2002 году около 12 женщин в год убивали их нынешние или бывшие партнеры в Сан-Диего, городе с населением 3 миллиона человек. С тех пор через центр прошли 27 000 жертв, и было только одно такое убийство жертвы, которая никогда не обращалась за помощью. Успех центра был признан федеральным правительством, которое вложило миллионы долларов в открытие подобных центров по всей Америке — сейчас их 26, а еще 30 находятся в стадии разработки.

В Великобритании и правительство, и группы жертв домашнего насилия, такие как Refuge и Women’s Aid, выражают свое восхищение моделью Сан-Диего.В интервью журналу The Observer Magazine баронесса Шотландия, королевский адвокат, министр внутренних дел, отвечающая за политику в области домашнего насилия, сказала: «Мне ясно, что нам нужен целостный, хорошо интегрированный ответ. Совместное размещение сервисов в одном месте — это настоящий шаг вперед ».

Клиенты единственного в Великобритании Центра семейного правосудия, открывшегося в Кройдоне на юге Лондона в декабре 2005 года, говорят, что он изменил их жизнь. 42-летняя Анджела Пенни говорит, что страдала от домашнего насилия 25 лет, прежде чем впервые представилась в прошлом году.Она поднимает волосы, обнажая шрам из 27 швов на лбу, от которого бывший партнер швырнул ее в дверь и наполовину скальпировал. Она несколько раз выдвигала уголовные обвинения, и однажды, по ее словам, он провел неделю под стражей; но каждый раз она забирала свою жалобу. «За годы жестокого обращения я несколько раз сбегал в убежище, но продолжал возвращаться к нему. Все, что я действительно получил в убежище, — это кровать и комната: это не была их вина, но не было никакого последующего ухода или другой формы поддержки.Когда вы состоите в таких отношениях, вы знаете, что это неправильно, но не видите выхода ».

В прошлый раз, когда Анджела вернулась, главным образом потому, что «его отец умер, и мне стало его жалко», он избил ее, бросил, а затем попытался добиться от суда опеки над их двумя детьми — на том основании, что она была в депрессии. Наконец, в 2005 году у нее случился полномасштабный срыв, и оба ребенка стали жить со своим отцом.

«Не думаю, что я бы когда-либо выздоровела, если бы не нашла это место», — говорит она.«Они слушали мои рассказы, когда мне нужно было, чтобы кто-то их понял; они пришли со мной в суд и помогли мне бороться за моих детей. Старший вернулся со мной, а младший приезжает раз в две недели. Они получили мне судебный приказ о неприставлении [британский эквивалент запретительного судебного приказа]. Впервые я чувствую себя в физической безопасности ».

Имеющиеся данные свидетельствуют о том, что центр Кройдон также сократил количество повторных случаев домашнего насилия, а также предоставил другую поддержку. Но финансово зависимый от местного совета, двух благотворительных организаций и столичной полиции, он ничего не получает от центрального правительства и пока не может работать на запланированной мощности.Самая большая проблема — не угрозы со стороны злоумышленников, а нехватка наличных денег.

Каждую неделю в Великобритании не менее двух женщин убивает нынешний или бывший партнер, и эта цифра остается неизменной на протяжении многих лет. В полицию будут поступать призывы о помощи в связи со случаями домашнего насилия каждую минуту, каждый день: 570 000 человек в год. По данным Совета Европы, от шести до 10 процентов всех женщин будут подвергаться домашнему насилию в течение любого 12-месячного периода. Конечно, не каждое дело может перерасти в убийство или серьезное нападение, и в первую очередь необходимо надежно оценить те, которые могли бы.

Два самых громких случая произошли в 2003 году в районе, охваченном силами долины Темзы. Последние моменты жизни Джулии Пембертон и Раны Фаруки были записаны в 999 диспетчерских: две женщины набрали номер службы экстренной помощи незадолго до того, как их бывшие партнеры убили их. В обоих случаях полиция не смогла распознать явные признаки опасности, с которой столкнулись две женщины.

За несколько недель до убийства обе женщины столкнулись с угрозами расправы и нападениями на их собственность.Тормозные трубки автомобиля Раны Фаруки были разорваны, но, несмотря на ее прошлый опыт преследований, полиция прервала две встречи, чтобы посетить ее дом недалеко от Слау, чтобы взять заявление. Замки в доме, который Джулия Пембертон делила со своим 16-летним сыном, который также был застрелен ее мужем, были заклеены, пока они отсутствовали, и ей прислали копии заявления, которое она сделала, чтобы добиться неприставания. порядок, который был нарушен дальнейшими угрозами. Координатор по вопросам домашнего насилия в Ньюбери, местном полицейском участке Джулии, написала записку, описывающую ее случай как один из самых пугающих, которые она когда-либо видела, но полиция не предприняла никаких действий.

Каждый раз, когда дело идет не так, как следует, полиция сообщает репортерам, что «уроки были извлечены», и обещает, что были введены новые процедуры, гарантирующие, что ошибки, которые привели к предотвратимой смерти, больше не повторится. «Мы рассмотрели нашу политику в свете этого трагического случая и усилили ее», — заявил в ноябре прошлого года заместитель главного констебля Дербишира Алан Дэвис, комментируя разрушительный отчет Независимой комиссии по рассмотрению жалоб на полицию об убийстве спортсменки Тани Мур. руки Марка Дайча.Когда она разорвала их отношения, он выступил с сотнями угроз и заплатил двум другим мужчинам, чтобы те избили ее бейсбольными битами, прежде чем сбить ее машину с дороги и выстрелить ей в лицо из дробовика. Таня шесть раз обращалась в полицию по поводу кампании преследования Дайча, но они ничего не сделали для ее расследования, и расследование IPCC привело к увольнению одного офицера и понижению в должности еще четырех.

Однако выдача заказов и разработка политик — это только часть ответа. Когда бывший парень Клэр Бернал Майкл Печ застрелил сначала ее, а затем себя в филиале Harvey Nichols в Найтсбридже в 2005 году, он уже был осужден в соответствии с Законом о защите от преследований за угрозы ей.За несколько лет до ее убийства столичная полиция использовала формальный «инструмент» оценки риска, анкету SPECCS, чтобы помочь полицейским выявлять случаи повышенного риска. Но молодой констебль, проработавший всего девять месяцев на испытательном сроке, который брал интервью у Клэр, прошел только однодневный курс обучения работе с насилием в семье, и бланк риска остался неиспользованным в ее кармане.

1 мая члены семей Берналов, Мур и Фаруки впервые встретились в Лондоне, чтобы обсудить создание совместной кампании.Впоследствии они заявили, что успех модели Сан-Диего доказывает, что их родственники не должны были умирать. «Мы хотим конструктивных, решительных действий, а не слов и стремлений», — говорит Кэрол Фаруки, мать Раны. «Мы хотим, чтобы правительство обязалось сократить количество этих убийств как минимум на 80 процентов в течение трех лет, и мы верим, что широкое принятие модели Сан-Диего позволит добиться этого».

«Когда мы вступили в должность, за предыдущие 18 лет ничего не было сделано с домашним насилием», — утверждает баронесса Шотландия, добавляя, что лейбористы сделали для решения этой проблемы больше, чем любое правительство в истории.По мнению семей погибших, этого было недостаточно. «Ключевая проблема заключается в том, что полиция в большинстве районов ошибочно заявляет, что не существует научного метода предсказания того, когда могут произойти убийства», — добавляет Фаруки. «Они не согласны с тем, что эти убийства предсказуемы и, следовательно, их можно предотвратить». В конце марта три семьи написали баронессе Шотландии письмо, в котором выразили это мнение. По состоянию на 1 мая они не получили ответа.

В США попытки разработать структурированный метод оценки уровня риска со стороны злоумышленников начались намного раньше, чем в Великобритании.Один из первых и наиболее сложных имеет происхождение, которое на первый взгляд может показаться невероятным. Гэвин де Беккер, глава компании из Лос-Анджелеса, специализирующейся на защите кинозвезд, судей, корпоративных боссов и других общественных деятелей от внимания сталкеров, потратил годы на разработку системы оценки рисков, применимой к его основному бизнесу. Затем, в 1994 году, после дела об убийстве О. Джей Симпсона, Боб Мартин, 28-летний ветеран полиции Лос-Анджелеса, присоединился к Gavin de Becker Associates. Он быстро понял, что методы де Беккера могут быть легко адаптированы к домашнему насилию.

Мартин и де Беккер работали в обратном направлении, анализируя факторы, общие для сотен убийств. Они прокладывали себе путь через толстые полицейские досье, изучая историю жестокого обращения с умершими жертвами; они прочитали тысячи писем с угрозами и увидели, как случаи часто обостряются в ответ на определенные стимулы — наступление знаменательных дат, таких как день рождения, или развитие злоупотребления наркотиками или алкоголем. Эскалация также может произойти после «спускового механизма», связанного с отношениями, например, когда жертва уходит из дома, суды отказывают в доступе к детям или получение судебного запретительного судебного приказа.

Результатом стала Mosaic-20, аналитическая компьютеризированная модель, которая дает риску жертвы оценку из 10 баллов вместе со значением из 200 баллов для надежности оценки риска — меры количества доступных данных. Следовательно, тот, чей случай был девяткой с рейтингом надежности 190, будет в очень серьезной опасности.

«Мозаика означает, что вы можете быть объективными», — говорит Боб Мартин. «Тебе не нужно его закрывать. Это также позволяет успокоить [жертв]. Реальность такова, что некоторые люди боятся там, где им не нужно; другие — не тогда, когда должны.’

Однако, добавляет он, излишне напуганная жертва — относительно редкое явление. Де Беккер назвал свою книгу об избежании насилия в 1999 году Даром страха. Это название отражает его веру в то, что страх — это основной защитный механизм человека, который мы игнорируем на свой страх и риск. Независимые академические исследования подтвердили, что когда жертвы домашнего насилия заявляют, что опасаются за свою жизнь, это самый точный из всех индикаторов того, что они действительно находятся в опасности. «В большинстве случаев то, что делает Mosaic, подтверждает интуицию, — говорит Мартин.«Слишком много жертв подавляют свои страхи, говорят себе, что они не могут быть рациональными — и в конечном итоге умирают».

В то время как клиенты де Беккера из Голливуда могут иметь возможность платить за безопасность, Боб Мартин признает, что большинство женщин, вступающих в жестокие отношения, не могут. Он помог создать Центр семейного правосудия в Сан-Диего и остается консультантом его правления, будучи убежденным, что для «обычных» жертв его подход является наилучшим из всех разработанных.

Джеймс Чаллонер, бизнесмен, жизни дочери которого угрожал бывший партнер, Мартин и де Беккер обучили его использованию мозаики.Работая с семьями Раны Фаруки, Тани Мур и Клэр Бернал, он провел «обратную инженерию» за несколько месяцев до их убийств, посмотрев, как оцениваются их дела. Было бы показано, что все находятся в группе высокого риска. «Эти убийства, как и большинство убийств подобного рода, были предсказуемы, — говорит Чаллонер, — а значит, их можно было предотвратить. Признаки не распознавались, не оценивались, а жертва не защищалась. Полиция не может дать каждой потенциальной жертве круглосуточную охрану. Но сигналы опасности должны получать гораздо более широкую огласку, и общество должно начать принимать соответствующие защитные меры.’

Выйдя из лифта на втором этаже Бродвейской башни, в которой находится Центр семейной юстиции Сан-Диего, можно пройти через ворота в бежевом частоколе, как если бы он попал в сад на Вистерия-лейн «Отчаянных домохозяек». Ситцевые диваны стоят на толстом небесно-голубом ковре; есть журналы, детские игрушки. Единственное тревожное замечание — это то, что стол администратора находится за ширмой из толстого пуленепробиваемого стекла. «За пять лет, прошедших с момента открытия, здесь появилось пятеро обидчиков и попытались создать проблемы, — говорит Кейси Гвинн, соучредитель и председатель центра.«Они забыли, что нам не нужно вызывать копов: они здесь живут. Их всех увели в наручниках ».

Ковры и ситец имеют свое назначение. Для жертв центр — это убежище, которое они могут посетить, когда им нужна поддержка или компания. Как и Лакеша, 33-летняя Рози Аник почти не проявляет внешних признаков пережитого ею испытания. Она родом из Германии, у нее хорошая работа в сети роскошных отелей и квартира, где она счастливо живет одна. Когда она впервые появилась в центре в 2003 году по направлению отделения неотложной помощи, все было совсем иначе.Она и ее парень, состоятельный дантист на пенсии намного старше себя, недавно переехали в Сан-Диего из Флориды, где они прожили вместе несколько лет. Он и раньше был жестоким и даже, по ее словам, изнасиловал ее. Но помимо неоднократных извинений и обещаний, что он изменится, ее партнер имел финансовое влияние на нее — он поддерживал ее прохождение через колледж.

Однажды, по словам Рози, «он просто взорвался», избил ее и задушил ремнем. (Исследования показывают, что попытка удушения является одним из наиболее частых предвестников домашнего убийства.Затем, когда она бежала, истекая кровью, и постучала за помощью в дверь соседа, он позвонил в полицию, сказав им, что его «иностранная подруга совершила в отношении него акт домашнего насилия». Прибыл офицер, увидел Рози и быстро оценил ситуацию. «Он сказал мне, возвращайся в квартиру, хватай, что сможешь, через пять минут, потом уходи и не возвращайся». Я получил несколько бумаг, несколько семейных фотографий и одежду, а затем я оказался практически на улице без денег и был настолько разбит психологически, что не мог быть один в течение нескольких месяцев.

«Раньше я была в Центре правосудия по семейным делам с момента открытия до закрытия», — говорит она. «Я чувствовал себя в безопасности. Я чувствовал себя комфортно. Просто быть где-то, где можно расслабиться и не оглядываться через плечо, пока они обо всем позаботятся, так много значило — не идти в другое здание, когда мне нужно было пройти медицинское обследование; иметь возможность добывать еду; увидеть детектива, не выходя на улицу. И когда я просто терял это и начинал плакать, был капеллан или терапевт ».

Были также гражданские поверенные, которые помогли ей получить запретительный судебный приказ, когда ее бывший партнер начал безжалостную кампанию преследований, а также полицейские и прокуроры, заключившие его в тюрьму, когда он его нарушил — «он был так болен, что даже после нападения меня он попытался наверстать упущенное, предложив жениться.«Центр, — говорит Рози, — буквально спас мне жизнь, физически и морально. Если бы он не убил меня, я бы, наверное, покончил с собой. На это у меня ушло около года, но я вернул себе жизнь ».

Гвинн, ветеран прокуратуры, который уже создал юридическое подразделение Сан-Диего по жестокому обращению с детьми и домашнему насилию, впервые высказал идею центра семейной юстиции в городском совете в 1989 году — начало 13 лет убеждения. «Это простейшая концепция, и вы можете взять ее с собой куда угодно — в Иордании скоро откроется центр», — говорит он.Но мешают эго и войны за территорию. Но теперь мы научились это делать, это не должно занимать столько времени, как здесь ».

Некоторые из семей, потерявших близких в результате домашнего насилия в Великобритании, изучили контраст в официальном подходе к домашнему насилию между большей частью Великобритании и Америки и пришли к мучительному выводу. «Если бы здесь действовала система, установленная в Сан-Диего, — говорит Стелла Мур, мать Тани, которая провела несколько дней, осматривая Центр семейного правосудия, — моя дочь была бы жива.«Сочетание оценки рисков и универсального доступа к разнообразным услугам» просто замечательно », — говорит Триша Бернал, мать Клэр. «Я хотела бы быть частью чего-то подобного здесь», — говорит она.

Поскольку баронесса Шотландия изо всех сил пытается указать, правительство предприняло шаги для улучшения реакции на домашнее насилие на национальном уровне. Он ввел специализированные суды по домашнему насилию в попытке повысить количество обвинительных приговоров, где жертвы могут быть уверены, что они не столкнутся со своим обидчиком в столовой или коридоре, а ранние данные свидетельствуют о том, что они привели к сокращению числа отмененных обвинений. .

В марте министр внутренних дел Джон Рид объявил о предоставлении гранта в размере 2 млн фунтов стерлингов для развертывания по всей стране системы, известной как «Мараки» — межведомственных конференций по оценке рисков, проводимых раз в две недели встреч между различными ведомствами, занимающимися проблемами насилия со стороны интимного партнера. Как говорит Кейси Гвинн, «говорить — это хорошо», и в Кардиффе, где Maracs были первопроходцами и где метод оценки риска использует многие из принципов, разделяемых Mosaic, Maracs добились больших успехов. «По прошествии года 42 процента наших дел были разрешены: жертвы в безопасности, и они больше не сталкиваются с хроническими социальными проблемами», — говорит Ян Пиклз, директор отделения безопасности женщин Кардиффа и председатель Marac.

Выбор между мараками и центрами семейного правосудия — это не «либо-либо», — настаивает Шотландия. Есть место и для того, и для другого. Но, защищая отказ правительства напрямую финансировать центры, она настаивает на том, что она «не видела ничего, нигде в мире, что позволило бы добиться таких быстрых результатов, как Кардифф». Прежде чем сделать вывод о том, что центры представляют собой лучший вариант, я должна, — призывает она, — поговорить с Пиклзом, который сразу же опровергает аргумент министра: «В прошлом у меня была брошюра Центра семейной юстиции Сан-Диего на задней двери моего офиса. пять лет, — говорит она.«Они — мое вдохновение». Дюйм за дюймом она пытается «принять подход на размер укуса» и надеется вскоре переместить в женское отделение часть полиции и медицинскую службу. Но хотя это и означает прогресс, «Сан-Диего — идеал».

Конечно, между Великобританией и Америкой есть различия, не в последнюю очередь в правовой системе, где прокуроры держатся на большей дистанции от потерпевших. Помимо этого, самый большой контраст между Сан-Диего и единственным в Великобритании Центром семейного правосудия в Кройдоне — это деньги.Ежегодно, помимо основных расходов на оплату труда, бюджет Сан-Диего составляет 600 000 долларов на персонал и 1,2 млн долларов на накладные расходы на строительство. Croydon’s, стоимость которого составляет 246 000 фунтов стерлингов, составляет не более четверти этой суммы — цифра, отраженная в его гораздо менее просторных помещениях. (Сан-Диего принимает около 10 000 семей каждый год, Кройдон — около 7 000.) Но руководящие принципы и обязательства персонала идентичны.

Как и в Сан-Диего, каждое новое дело в Кройдоне начинается с оценки риска квалифицированным адвокатом.В здании можно встретить должностных лиц из муниципальных социальных служб и детских отделов; юристы по семейному праву из шести местных фирм, которые посещают еженедельно; самаритяне, консультанты по вопросам долга, наркотиков и алкоголя, иммиграции и отношений; Служба пробации; Women’s Aid, местный поставщик убежища; и 32 сотрудника отдела общественной безопасности столичной полиции района Кройдон, большинство из которых — детективы. Кабинет судебно-медицинской экспертизы, где эксперт сможет лечить, фотографировать и задокументировать травмы, откроется в ближайшее время — когда появятся средства.Кафе нет, но есть ясли, самая унылая комната в здании: «Благотворительная организация подарила нам игрушки и большой плазменный телевизор», — говорит Джилл Мэддисон, директор центра, которая, будучи советником совета по политике в области домашнего насилия, проработала много лет. кампания по открытию подразделения. «К сожалению, у нас нет денег, чтобы платить работникам, имеющим квалификацию по уходу за детьми».

«Нет никакого сравнения между уровнем защиты, который вы можете предложить в таком месте, и системой, основанной на межведомственных встречах», — говорит главный суппорт Марк Гор, начальник района Кройдон.«Вам не нужно ждать две недели, чтобы созвать конференцию по делу: вы можете позвонить сразу же. Если кто-то войдет в дверь сегодня утром, к вечеру у гражданских поверенных будет приказ о недопустимости приставания, и если он будет нарушен, мы арестуем ».

Эстер Брюстер-Тизи, исполнительный директор Croydon Women’s Aid, описывает некоторые другие преимущества совместного размещения. «Молодые поверенные могут спросить меня о последствиях определенных действий; мы можем сидеть вместе, когда нам хочется, и обмениваться идеями друг с другом, узнавать, что происходит в разных областях одного и того же дела.Подобный обмен информацией — прекрасная вещь ».

За год до открытия центра в Кройдоне было совершено пять домашних убийств: ни одного с тех пор не произошло. Возможно, еще рано делать окончательные выводы, но полиция не сомневается в том, что общий уровень насилия снижается.

«Мы пытаемся побудить другие районы селиться вместе», — говорит баронесса Шотландия. На вопрос, будет ли она требовать от казначейства денег для его финансирования, она отказывается отвечать.

«Один из самых печальных случаев произошел с женщиной из Бирмингема, — говорит Джилл Мэддисон.«Каким-то образом она услышала о нас и села в поезд со своими детьми, потому что думала, что мы можем помочь. Конечно, мы ничего не могли поделать ». «Кажется, это будущее, и оно работает», — говорит Триша Бернал. «Мы можем остановить убийство женщин. Если этому мешает отсутствие финансирования, я должен сказать, что меня это беспокоит ».

· The Family Justice Center, 69 Park Lane, Croydon, Surrey CR0 1JD (020 8688 0100)

Мой муж бьет меня

Я из Колкаты и женат более 3 лет, это брак по расчету .Мой муж очень вспыльчивый и со дня нашей свадьбы он вел себя очень плохо со мной. Он всегда унижает меня перед моими родственниками и родственниками. Между нами не было секретности, он все рассказывал родителям (он единственный сын). Он никогда не уважает моих родителей и не имеет хороших отношений с моим единственным братом, который младше его на 10 лет. Каждый раз он кричит на меня по глупой причине типа «почему пол в туалете мокрый?» Он обращается со мной как с горничной.Он говорит мне, что «я кормлю тебя, поэтому ты должен делать все мои личные дела и мои домашние дела». После свадьбы мы ходили там на светские приемы, и он очень жестко вел себя со мной перед всеми гостями. Он никогда не беспокоится о том, где он находится, и начинает меня ругать. Когда бы я ни шла поделиться с ним своими чувствами, он ошибался и в конечном итоге ругал меня. Меня это отношение совсем не устраивало. Физические отношения с ним такие, как будто я для него просто секс-игрушка. Сколько раз он требовал от меня денег.Я работаю в частной фирме и зарабатываю очень мало, чтобы помогать ему. Я зарабатываю только для того, чтобы удовлетворить свои карманные деньги, поскольку он не выполняет мои требования. Он знает, что я зарабатываю меньше очень хорошо, и он сам зарабатывает очень хорошо, так как он инженер-программист и работает в MNC в США. У него есть собственный дом. Его родители независимы, но он хочет от меня денег и из-за этого всегда плохо со мной ведет себя. После шести месяцев брака он даже начал меня избивать. Каждый раз, когда мы ссорились, он оскорбляет меня, говорит, чтобы я убирался из его дома, и избивает меня.Он держит в секрете от меня все, что он делает, он и его родители ведут секретные беседы за моей спиной, которые я слышал много раз. Даже у него было так много подруг до женитьбы, с которыми он продолжает общаться после женитьбы. Так много раз я ловил его с поличным. Он занимался сексом с этой девушкой. Он очень извращенец, так как каждый раз, когда у него появляется свободное время, он все время просто смотрит порно и фантазии. И говорит мне, почему я не похож на них. Даже после года нашего брака мы поехали в США по работе в офисе, и там он решил заниматься сексом с девушками по вызову во время своего рабочего времени.Каким-то образом мне удалось увидеть его электронные письма и помешать ему это сделать. Даже после этого он меня жестоко избил. Когда мы были в США, я провел там худшие дни своей жизни. У меня нет денег, и я не могу выйти на улицу, мне пришлось проводить дни в 4walls. Он бил меня там, оскорблял грязными словами, даже оскорблял моих родителей, плохо себя вел со мной, заставлял меня выполнять все домашние дела и ругал меня за любую вину в этом. Он никогда не покупал мне ничего, даже мою любимую еду. Он всегда покупает то, что ему нравится. Это продолжалось и в США.За эти 3 года брака меня столько раз избивали. Когда он видит, что у него нет другого выбора, кроме как сдаться из-за полицейских, он извиняется и говорит мне, что больше никогда не сделает этого. Но он не может этого утверждать. На этот раз он очень сильно меня избил, потому что я просто шутил с ним во время обычного обычного разговора. Все мое тело опухло, есть тромбы. Даже он ударил меня по глазам, и они посинели. Одна сторона моего лица просто неприкасаема, у меня сильная боль. Я не могу пойти в свой дом, потому что родители этого не примут.Честно говоря, я не хочу развода, но хочу преподать ему урок. Пожалуйста посоветуй. Заранее спасибо.

«Я помогаю пережившим насилие, таким как я, увидеть другой образ жизни»

Нермина, проживающая в Грачанице в Боснии и Герцеговине, многие годы подвергалась домашнему насилию. Здесь 43-летняя женщина рассказывает, как организация «Исламская помощь» помогла ей и почему она говорит, чтобы расширить возможности других.

Мой муж был алкоголиком, и все 15 лет, что я была замужем за ним, у меня был трудный брак.Мы все страдали. Все мои воспоминания о нем были связаны с тем, что он пришел домой пьяным и ударил меня и моих детей.

Его присутствие в доме в доме напугало нас. Его угрозы и физическое насилие со временем участились, особенно после того, как он потерял работу из-за злоупотребления алкоголем.

Я много боролся как мать и жена. Я стал основным кормильцем. Мне приходилось защищать своих детей от мужа. — он бил меня на глазах, когда я возражала против его пьянства или от его требований, чтобы мой старший сын прошел много миль, чтобы он мог утолить свою зависимость.

Иногда мы ускользали из дома очень рано и укрывались у моих родителей, пока он не успокаивался. У него были чрезвычайно непостоянные эмоции, и Я боялся того, что он может сделать со мной и моими детьми .

Но я научился справляться — пришлось. Вначале у меня не было сил уйти. Я была молодой, когда вышла за него замуж, и, поскольку мы пережили войну в Боснии, я дал ему много шансов измениться. Я столкнулась с мужем после того, как он жестоко избил меня, когда я была беременна старшим ребенком. Никто не вмешивался, и я чувствовал себя таким одиноким .

И все же я всегда бросался с ним в драки, чтобы защитить своих детей. Мне просто не хотелось видеть, как он бьет их головами об стену или ломает им кости.

Мой муж в конце концов умер, но он оказал сильное влияние на мою семью. В частности, у моего старшего сына есть психологические проблемы, связанные с проживанием с отцом. Я пытался подтолкнуть его к кому-нибудь, но безуспешно. Единственное мое желание — видеть своих детей счастливыми и успешными .

Мы даем себе голос

Нермина, 43 года, и ее сын Мехмедович.

Я обрела надежду, поговорив с другими женщинами, пострадавшими от домашнего насилия. Многие из моих друзей и соседей также сильно пострадали от гендерного насилия. И именно поэтому организация Islamic Relief так важна для меня, потому что она расширяет возможности женщин с помощью различных проектов, чтобы они могли избежать жестокого обращения. Я получил поддержку Islamic Relief, работая над проектами теплиц и получая спонсорскую помощь для моего маленького сына.

Но, что наиболее важно, Я смог получить психологическую поддержку в рамках психосоциальной программы «Исламская помощь» . Я никогда раньше не ходил на терапию, и теперь я говорю о том, через что я прошел, и, несмотря на то, что я испытываю эмоции через «Исламскую помощь», теперь я понимаю, что я не один.

Важно постоять за себя, а не нормализовать насилие, особенно с учетом нынешнего климата в мире.

Я все надеюсь, что люди откроют глаза и увидят, что мы можем жить по-другому.Когда вы разговариваете с людьми, вы понимаете, что многие из них подвергаются жестокому обращению, будь то психическое или физическое.

Я черпаю силу в других сильных женщинах и в своих детях . Без них я не была бы той женщиной, которой являюсь сегодня. Они очень меня поддержали и дали мне повод жить дальше.

Глобальные оценки, опубликованные Всемирной организацией здравоохранения, показывают, что примерно каждая третья (35%) женщин во всем мире подвергалась физическому и / или сексуальному насилию со стороны интимного партнера или сексуальному насилию со стороны стороннего партнера.Это злоупотребление случается в каждом регионе мира, в каждом сообществе.

Женщины и девочки особенно уязвимы перед лицом этого ужасающего нарушения прав человека.

По всей Восточной Европе и за ее пределами организация Islamic Relief работает над тем, чтобы положить конец всем формам насилия в отношении женщин и детей.

Узнайте больше о работе Islamic Relief по защите женщин от насилия и продвижению прав женщин и девочек.

Мой муж избил меня так сильно, что вчера мне пришлось пойти в отделение неотложной помощи.Как мне найти компетентного адвоката по разводам в DFW? : legaladvice

Вчера мой четырехлетний муж выбил меня к черту из-за спора о поиске ключей от его мотоцикла. Он бросил меня на землю и несколько раз душил меня, ударил кулаком более дюжины раз, швырнул через спальню, разбил мою голову о большую керамическую миску (она сломалась) и несколько раз пинала меня ногами. На земле мне удалось найти его ключ от мотоцикла, что в конечном итоге положило конец моему избиению.

Это не первый раз, когда он меня бьет или душит.В последний раз он ударил меня кулаком в челюсть, в результате чего несколько дней я пил только смузи. После того, как он ударил меня кулаком в челюсть, я не стала звонить в полицию и не подавала заявление, поэтому у меня нет никаких существенных доказательств, кроме моей мамы, которой я рассказала. На этот раз я позвонил в полицию сразу после того, как он уехал, заполнил письменную форму, объяснив своими словами, что произошло, и был доставлен на машине скорой помощи в больницу, где были задокументированы все мои травмы. Я получил множественные травмы мягких мышц, в результате которых появились синяки и сотрясение мозга.Офицер сфотографировал мои травмы, но сегодня я сделаю еще несколько снимков, потому что на многих синяках начинают проявляться синяки, которых не было вчера.

Когда я вернулся домой из больницы, его там не было. Мы с мамой упаковали все его вещи в пластиковые баки и оставили их за пределами квартиры. Я не общался с ним, моя мама написала ему, что его вещи были снаружи и нужно, чтобы они пришли забрать их. Я запер засов, так что он не может войти.

Офицер сказал мне, что детектив, вероятно, свяжется со мной завтра.Он также сказал мне, что касается приказа «Не контактировать», муж должен быть сначала арестован, прежде чем его можно будет вручить. Для меня это действительно странно. Сейчас есть ордер на его арест.

Это все, чтобы сказать, что мне нужен чертовски хороший адвокат по бракоразводным процессам. Если кто-то может более конкретно направить адвоката в DFW (Форт-Уэрт), но я готов поехать в Даллас. Я понятия не имею, на что обращать внимание при поиске адвоката по разводам. Любой совет будет очень признателен. Спасибо!

Да и никаких детей, моя машина на его имя (я внес предоплату), кошки мои (он не собирается за них драться со мной), я сейчас безработный (ежедневно ищу работу) и есть 4 Осталось несколько месяцев аренды нашей квартиры.

Домашнее насилие: ночь, когда муж избил меня — но полиция сказала мне, что я не могу уйти

Я не смог спасти жизнь своей дочери, потому что не смог спасти свою собственную.

Было 2:30 ночи, и я стояла возле полицейского участка с моим малышом, закутанным в одеяло, и моим беременным животом, выскакивающим из куртки.

Встряхнувшись и испугавшись того, что муж пошел за нами, я прошептала в телефон.

«Я … я забрал свою дочь и ушел.Я не знаю куда идти. Он ушел. Он тоже ушел, но я не могу пойти домой. Ничего страшного, если я отвезу ее куда-нибудь? Если я просто уйду? »

Голос на другом конце телефона был вежливым, но суровым.

« Мэм, если вы хотите прийти на станцию ​​и подать отчет, вы можете это сделать, но поскольку ты не знаешь, где сейчас твой муж, мы не сможем ничего сделать сегодня вечером. А если у него есть травмы, он сможет предъявить обвинение и вам. К сожалению, вы не можете просто взять своего ребенка и уйти, если вы оба будете опекать ее.Это похищение ».

Я посмотрел на свои руки, пальцы, которые я впился ему в шею во время борьбы, и все.

Я повесил трубку, и с ней улетел последний клочок надежды

Мой муж собирался убить меня из-за домашнего насилия

Слезы и кровь запачкали мою одежду. Мои надежды и мечты исчезли. Я не знала, как выбраться из своей оскорбительный брак.

СВЯЗАННЫЙ: Я терпел домашнее насилие, потому что был воспитан так, чтобы думать, что заслужил его

Мне было страшно запереть моего жестокого мужа, как животное в клетке, только для того, чтобы его отпустили после залога, и выследи меня.Я не знала, куда идти, потому что он не мог меня найти.

И если я не мог уехать с дочкой, я вообще не уезжал.

С этими словами я вернулся домой, потому что пытаться «вести себя прилично» было лучше, чем быть преследуемым. Я читал статистику. Я знал, что 75 процентов убитых женщин, подвергшихся насилию, убиты сразу после того, как они разорвали отношения.

Я не хотел быть статистиком.

На протяжении многих лет я снова и снова пытался уйти от него.С каждой несправедливостью по отношению к моей плоти я звонил в местный женский приют, и они говорили, что я могу остаться, но через 6 недель мне придется искать другое место для жизни. Единственная проблема: у меня не было , а больше нигде не оставалось.

Я не мог получить квартиру без работы; Я не могла найти работу без присмотра за детьми; Я не могла получить уход за детьми без денег … а у него были все наши деньги.

Я не мог позволить себе уехать, поэтому остался.

Я был «ничем», — сказал он, и постепенно я стал ничем, потому что верил ему.

Он взял мое отчаяние и запрягал меня, как лошадь, контролируя каждое мое движение, как животное, которым, как он считал, я был.

Годами я просто существовал. Я был там, но не совсем. Я был в ловушке и сдался; стыд омыл меня и запечатал мои губы.

Потом пришла та ночь, ночь, когда он чуть не убил меня, ночь, когда мне сказали, что я могу уйти со своей жизнью — но не с жизнью моего ребенка. Если Я не смог защитить себя от него, то у моей дочери не было шансов.

СВЯЗАННЫЙ: Мой бывший парень будет следить за мной и смотреть, как я сплю

Жестокое обращение — это не фильм, который вы смотрите на экране — это слезливое лицо и система утешения. Реальность жестокого обращения сурова.

Это полиция, которая не знает, кого арестовать, поэтому арестовывают всех.

Это приюты, которые не могут предоставить долгосрочное жилье или юридические услуги, поэтому вы не оставите лучше, чем были, когда вы туда приехали.

Это деньги, которые ваш обидчик должен нанять для найма адвоката, и угроза потерять своих детей из-за системы, в которой вы не сможете справиться в одиночку.

Реальность накапливается до тех пор, пока не обрушится на вас, как цунами, которое уносит вас в море — слишком далеко, чтобы продолжать плавать, слишком далеко, чтобы кто-то мог услышать ваши крики.

И когда я почувствовал, что подошел к концу, когда я просто плыл и молился о быстрой смерти, кто-то меня увидел. Я был спасен, потому что кто-то видел меня.

Подпишитесь на нашу рассылку новостей.

Присоединяйтесь к вашим актуальным статьям от YourTango , лучшие советы экспертов и Персональные гороскопы доставляются прямо на ваш почтовый ящик каждое утро.

Я сказал кому-то, что знаю, что происходит, и что мне нужна помощь. Затем, впервые в моей жизни, этот человек сделал то, что не смогли сделать все остальные в моей жизни — они вмешались и боролись за меня и мое будущее, потому что я был не в состоянии бороться за себя.

Они помогли мне развестись, бороться за опеку над моими детьми, отделить мои финансы от мужа и снова встать на ноги.

СВЯЗАННЫЕ:; 4 способа, которыми домашнее насилие может повлиять на развод — и как защитить себя

Они постоянно напоминали мне, что это не моя вина.

Они помогли мне оставить прошлое и обрести будущее.

Домашнее насилие редко бывает битвой, которую можно выиграть в одиночку. Я знаю это, потому что чуть не умер, пытаясь.

Меня всегда спрашивают: «Почему ты остался?»

Я остался, потому что я не мог выйти.

Если вы пережили домашнее насилие, вы не одиноки.
Национальная горячая линия по вопросам домашнего насилия сообщает, что примерно 24 человека в минуту становятся жертвами изнасилования, физического насилия или преследования со стороны интимного партнера в США.S.

Более 12 миллионов женщин и мужчин в течение года страдают от случаев домашнего насилия и жестокого обращения.

Если вы или кто-то из ваших знакомых страдаете от домашнего насилия или насилия, есть ресурсы, чтобы получить помощь.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.